Ярость дьявола

Ей с трудом удалось не отвесить Кейтлин пощечину такой же силы просто за то, что та осмелилась проговорить вслух вещи, в которых Меррик не осмеливалась признаться даже самой себе.

– Когда все будет сделано, Эмма не вынесет. Она не сможет принять все то, что Кейн придется сделать против Бракато. И опять сбежит! – Меррик повысила голос. – И когда это случится, сердце Кейн снова сбудет истекать кровью, и все из-за этой чертовой блондинки, которую ты с такой радостью принимаешь.

– У меня другой прогноз на ближайшее будущее, Меррик, совсем другой, – Кейтлин подняла руку, требуя тишины, в тот момент, когда Меррик только собиралась произнести рвущееся у нее с языка оскорбление. – Без комментариев, пожалуйста. И конечно, Кейн о нашем разговоре знать не должна.

С этими словами Кейтлин схватила Меррик за запястье и сжала так сильно, что та скривилась от боли.

– Только попробуй сделать хоть что-то, что испортит отношения между Кейн и Эммой, я тебе клянусь, если хоть кому-то потом придет в голову тебя искать – не найдут, гарантирую. Делай, что тебе приказывают, остальное тебя не касается, ясно?

– Можно подумать, тебя касается?

– Кейн – моя сестра, и для меня ее счастье важнее всего на свете. Это самое меньшее, что я могу для нее сделать. Я вечная должница Кейн и всему, что у меня есть, я обязана только ей.

– По части меня можешь не беспокоиться.

Эмма перевернулась на бок и, сладко потянувшись, открыла глаза. Постель рядом с ней была пуста. Они с Кейн долго сидели на веранде, а потом поднялись в комнату, где Эмма жила, когда была ребенком. Весь вечер они занимались такими вещами, узнав о которых, мать Эммы подожгла бы дом, убедившись, что дочь внутри.

– Что ты там делаешь? Мне холодно без тебя.

– Прости, любовь моя. Я услышала, как подъехала машина и решила посмотреть, кто это хочет составить нам компанию.

Эмма с наслаждением наблюдала за каждым движением Кейн – к ней возвращалась привычная пластичность. А повязка на груди была уже совсем тонкой.

– О, нет, только не говори, что это отец! – Эмма закрыла лицо руками. – Клянусь, с того вечера, как мы сюда вернулись, он, стоит только мне заговорить, краснеет.

– Это не твой отец. Это наши два барана. Как хорошо, что ты предупредила меня о трениях между ними. Радует только, что все их действия не у нас под носом.

– Мне стоит обзавестись пистолетом, когда вернемся домой. На случай, если кто-то непрошеный нарушит наш покой, когда мы наедине. Я смогу сделать пару предупредительных в воздух. – Эмма прижалась к Кейн. В тот вечер они прервали свой разговор для любви, но после возобновили его. Эмма узнала, что было у Кейн на уме и зачем непременно требовалось присутствие Кейтлин.