Ярость дьявола

Когда хлопнула входная дверь, Эмма упала на грудь Кейн, молча умоляя пожалеть ее. Несмотря на ноющую боль в боку, Кейн подняла жену на руки и отнесла в комнату.

– Почему она меня так ненавидит? – Эмма нечасто позволяла говорить той неуверенной маленькой девочке, что все еще жила в ее душе.

– Любовь моя, ты ни в чем не виновата. Таким людям, как твоя мать, легче ненавидеть кого-то другого, по любой безумной причине, что они себе надумали, нежели пытаться понять, что они ненавидят в самих себе.

Эмма зажмурилась, но еще не плакала:

– Ты говоришь, как психоаналитик.

– Милая, я была бы счастлива, приглашать тебя к себе на кушеточку при каждом удобном случае. Только вот не уверена, что тебе это по карману.

Утирая слезы, Эмма рассмеялась над шуткой и прижалась к любимой.

– Может быть, ты возьмешь меня к себе на работу, чтобы я могла оплатить? Мне просто необходимы твои сеансы: спроси мою мать, и она тебе скажет, что я сумасшедшая во всех смыслах.

Кейн легко подхватила Эмму за подмышки и устроила прямо на себе, крепко обняв:

– Послушай меня, Эмма Кэйси. Ты прекрасная женщина, и внешне, и душевно. Это не дается человеку в одночасье, а значит, ты была чудесной маленькой девочкой. Твоя мать не стоила такого подарка судьбы. Так что прекрати мучить себя вопросом о том, как ты должна была себя вести, чтобы сердце Кэрол не озлобилось.

Глава пятьдесят вторая

Небо на востоке окрасилось розовым цветом, первые лучи восхода прорезали синюю тьму. Петух заливистым криком оповестил округу о наступлении нового дня. Туристка, накинув махровый халат, села в шезлонг на балконе, вытянув изящные ноги. Услышав звонкое «кукареку», она рассмеялась, искренне удивляясь, как такой мощный голос мог принадлежать такой забавной маленькой птице.

Лицо девушки оставалось в тени, и нескольким парам глаз, которые наблюдали со стороны, были отчетливо видны только босые ступни с идеальным педикюром.

– Госпожа Кэйси, для вас записка, – служащий отеля передал ей сложенный листок. – Может быть, принести кофе и завтрак?

– Спасибо, принесите пока только кофе. Завтрак я закажу, когда проснется моя спутница. Если она пропустит ваш знаменитый горячий хлеб, быть беде и кровопролитию.

Обаятельный служащий рассмеялся, как и все, кто слышали ее реплику.

– Попробуем этого не допустить: следы крови на белом песке очень отпугивают туристов.

– Знаешь, почему жалко сажать ее за решетку? – спросил Лайонел.

Они сидели в пустом баре возле пляжа, в номере «Хилтона» был установлен крошечный микрофон, а коллеги из ДЕА ждали наготове у выезда с территории отеля – на случай, если Кейн захотелось бы уехать без них.

– У тебя не получится с ней встречаться? – вопросом ответила Клэр.

– Она офигенная для гангстера. Ну, это я фигурально выражаюсь.