Японская война 1904. Книга четвертая

— Это… — Огинский растерянно переводил взгляд с Макарова на Лондона.

— Это может сработать, — решил Джек. — Более того, это должно сработать. Только вы же на самом деле не будете эту методичку печатать? А то Америка, конечно, не воюет с Японией, но все равно… Как-то неприятно.

— Не буду, — успокоил писателя Макаров. — Думаю, будет вполне уместно, если мы в процессе передумаем. Скажем, встретив одного храброго молодого американца, который показал, чего на самом деле стоит его нация. И для него мы сделаем методичку, как не сдаваться, а побеждать японцев. С детальными описаниями техники и обмундирования, что мы используем.

— Хотите еще и рекламную кампанию в это все встроить? — изумился Лондон, невольно смущаясь от осознания того, на кого на самом деле намекал Макаров, говоря о том самом американце.

— Конечно. Когда к нам будет столько внимания, грех не пустить его на доброе дело. Нам же нужны деньги. И заказы. И если Америка хотя бы проявит интерес, то французам сразу придется платить гораздо больше, — на лице генерала появилась хищная улыбка, с которой он и зашел к пленному журналисту, чтобы объявить, что того ждет. Та самая тяжелая работа и щедрая оплата.

Интересно, а как быстро Готорн догадается, во что именно его втянули?

Пленный американец все понял и устроил скандал, к счастью, уже только под конец фотосессии. К тому моменту все нужные кадры были готовы, так что его без лишних разговоров вернули обратно в карцер. Теперь оставалось только грамотно оформить материалы и написать нужным людям… И надо будет передать спасибо Сергею Юльевичу.

Да, в этом мире Витте вряд ли поедет в Портсмут, но именно его пример из моего времени помог составить этот план, сыграв на вражде Хёрста и Пулитцера. Ну и уже лично от себя я добавил щедрую порцию самой откровенной лжи — этакий привет из более поздних эпох, которые научили, что сдерживаться в словесной войне стоит не больше, чем в обычной.

Мимо прогрохотал побитый, но живой «Бранобель». Две чудом пережившие все последние сражения машины сейчас возили известняк и глину от вокзала в китайский городок, где начали собираться все переехавшие из Лилиенгоу мастера. Если честно, думал, что многие захотят остаться на старом месте даже после нашего ухода, но нет… Собрались, встали в очередь сначала на лодки, потом на поезда и приехали вслед за 2-м Сибирским. Приятно. Хотя есть у меня подозрения, что тут дело в чем-то еще, но пока никто не собирается делиться со мной информацией.

Продолжая размышлять об этом, я заодно вспомнил несколько подозрительных намеков, которые великий князь Сергей Александрович ловко вставил между угрозами, когда писал последний раз.