Японская война 1904. Книга четвертая

Вон сколько в Дальнем их высыпали, и подорвался кто-то? Нет! Все протралили, пусть это и заняло время! И у нас так же будет, если мы, конечно, не решим раскрыть свою артиллерию раньше времени и разменять ее на пару ржавых корыт.

Платон Львович, конечно, сгущал краски. Если мы вытащим крупные калибры да зальем позиции бетоном, они еще попьют крови японцам. Но, конечно, стрелять по тральщикам, если в это же время по городу будут работать военные корабли, будет неприятно. А как сказал Афанасьев, старых и ржавых корыт в случае чего нагнать сюда совсем не сложно.

— Я помню, — кивнул я. — А еще у нас не так много пороха, а бесконтактные мины перекрывают больше пространства.

— Верно, — Афанасьев немного смутился, но тут же продолжил. — В общем, мы решили проверить, а нельзя ли сделать магнитные взрыватели более чувствительными…

— Вырастет же риск ложного срабатывания, — сразу напомнил я. — Да и чем сложнее, тем в целом выше вероятность ошибки.

— И тем не менее, — упрямо продолжил артиллерист. — Мы сделали несколько тестовых экземпляров, и дальность срабатывания вполне можно увеличить с 2 до 5–10 метров.

— И это еще не все! — подхватил Галицкий. — Мы думали над радиовзрывателем и приглашали связистов, чтобы те подсказали, есть ли у них способы защиты от помех. Насчет этого у них пока решения не нашлось, но вот для датчика магнитного поля они предложили использовать не простую иголку, а добавить к ней сначала катушку усилителя. И тогда мину можно будет опустить хоть на 50 метров.

— Кажется, что это очень большое расстояние, чтобы нанести хоть какой-то урон даже малому военному кораблю, — стоило саперу отвлечься на вдох, как снова заговорил Афанасьев, — но на самом деле тут простая физика! Раньше не думал об этом, но после нашей атаки на «Асаму» и анализа его повреждений все стало очевидно. Вода ведь в отличие от воздуха почти не сжимается, поэтому взрывная волна из глубины к поверхности двигается практически без потерь. Если мы заложим не 100 килограммов, а, например, 500, то от такого взрыва на корабль обрушится давление в сотни атмосфер. И плевать на расстояние! Корпус погнет, заклепки вырвет… Если корабль в этот момент будет двигаться, точно наберет воды.

— А если мина взорвется идеально, прямо под кораблем, — продолжил Галицкий, — то тут даже броненосец не устоит. Его, конечно, не подбросит, но поднимет. А это, в свою очередь, повреждение продольных балок, труб, рулей и всех других механизмов.

— А то и вовсе корпус разойдется, и корабль сразу на дно отправится, — закончил Афанасьев и уставился на меня.

И ведь эти двое во всем правы. Те же немецкие мины М1 времен Второй Мировой почти подобным образом и действовали. И кто бы мог подумать, что мы сможем так легко их повторить… Вернее, не так легко.