Янтарный след

С высоты было видно, как они длинны, и гнев отца поистине внушал страх. Я помахала ему, свет золотого щита упал на волны, и те откликнулись яркими бликами – отец, смягчаясь, приветствовал нас.

Миновав заливы, мы вновь двигались над сушей, все дальше забираясь на север. Здесь люди не живут, домики и пашни исчезли. Горы стали совсем могучими, крутыми, неприступными; на их пегих боках пятнами лежал снег. Рослые темные ели мятежно рвались ввысь, стоя плотным строем. Никто, кроме них, и не мог бы держаться на этих склонах, ни один воин не прорвется сквозь этот строй. Но и они приветствовали нас, вспыхивая яркими красками в отблесках золотого щита. До чего красиво их зелень сочеталась с серым цветом каменных склонов, припорошенных снегом! В низинах снег лежал целым полотном, с высоты оно казалось легким, пушистым, будто мех моих куниц; хотелось поднять это покрывало и набросить на плечи.

Близился вечер, сияние щита приугасло. По склонам стлался туман, из него торчали только вершины елей, будто они парят, не касаясь стволами земли. Тучи над вершинами налились лиловым с багряными отблесками.

Горы внизу совсем посерели, когда Улль направил корабль вниз. Плавно снижаясь, мы наконец опустились на вершину одной из лесистых гор, где среди еловых вершин высилась крыша огромного дома. Когда-то здесь жил Тьяци – великан, любивший принимать облик черного орла. Так и вижу, как он сидит на этой крыше, расправив крылья и покрывая ими весь дом. Все-таки здесь довольно мрачно – кругом только скалы да густые еловые леса. Не так уж удивительно, что Тьяци пытался раздобыть в жены нашу красавицу Идунн, похожую на яблоню в цвету. У нее светлые карие глаза, розовый яблочный румянец, а яркие пухлые губки сладки как мед – это мне Фрейр говорил. Волосы у нее каштановые, кудрявые, украшенные пышными гроздьями бело-розовых цветов яблони. От ее личика, от стройного округлого стана трудно оторвать глаз – но в этих местах она была бы так же неуместна, как молоденькая цветущая яблонька среди мрачного ельника. Она зачахла бы здесь, если бы Локи ее не выручил.

Громадные ели окружали поляну. Когда днище корабля коснулось земли, золотой щит погас. Но Скади уже показалась на пороге – издали заметила сияние в небе. К нам кинулись несколько охотничьих собак, белых и серых, – ее здешние спутники жизни. Скади выглядела неброско, по-домашнему – темные волосы заплетены в длинные косы, серое платье, передник, на голове платок, в руке нож. Но не как оружие – видно, разделывала дичь.

Улль ловко перескочил через борт и оказался на земле. Я встала на скамью, он протянул ко мне руки, и я прыгнула в его объятия. В сумерках его лицо источало неяркий, но такой отрадный свет, внушало надежду, что тьма не сможет поглотить мир целиком.