Прыжок ягуара

Давай, собирайся.

Ему пришлось помочь Кате умыться и натянуть на себя темное платье в мелкий цветочек. В родительской квартире была большая гардеробная, но подобающей случаю траурной одежды там не оказалось.

– Мама ненавидит черный цвет…

– Адрес больницы! – потребовал Лавров, чтобы хоть как-то встряхнуть Катю. – Да прекрати реветь! Может, твоей матери срочно лекарства нужны, а ты нюни распустила…

В приемном покое их встретил начальник службы безопасности Туровского, крепкий плечистый мужчина лет сорока.

– Катерина Борисовна, ваша мама в порядке, – заверил он. – Она отделалась ушибами и сотрясением. Через неделю ее выпишут. Все необходимое для лечения есть. Я договорился, чтобы ее поместили в отдельную палату.

– Можно поговорить с ней? – спросил Роман.

– Ей укололи транквилизатор. Она спит.

– Как произошла авария? Выяснили?

Катя молча опустилась на кожаный больничный диванчик и прижала пальцы к вискам. У нее жутко разболелась голова. Начальник по безопасности отозвал Лаврова в сторону.

– Чтобы не травмировать ее… – шепотом объяснил он. – Вы кто будете?

– Я человек новый, простите. Всего месяц, как приступил к обязанностям, и тут такое несчастье. Борис Евгеньевич сам был за рулем, супруга сидела сзади… это и спасло ей жизнь. Машина со стороны водителя всмятку. Борис Евгеньевич, видимо, не справился с управлением и выехал на встречку…

– Не знаю, – развел руками начальник по безопасности. – Может, ему плохо стало. Сердце схватило или еще что. Возраст, как-никак.

– Она ничего не помнит, кроме удара. Вроде бы Туровский что-то крикнул и резко крутанул руль. Потом все…

– Жена не помнит. Теперь уже вдова, – вздохнул начальник по безопасности. – Прискорбно. Но моей вины в этом нет. Я предлагал водителя, а Туровский отказался. Он был в бешенстве! Просто рвал и метал. Накричал на меня, прогнал. Сам, дескать, поведу, надоело все! Что его разозлило, понятия не имею.

– Я пойду? – спросил начальник по безопасности. – Мне еще похороны организовывать. Вдове сейчас не до этого.

В гулком белом коридоре разносились звуки его удаляющихся шагов. Катя, сгорбившись, сидела на диванчике у двери палаты, где лежала ее мать. Лавров подошел и сел рядом.

– Ты же меня не бросишь? – прошептала она.

Он молча обнял ее за плечи и привлек к себе.

– Мы с папой поругались из-за тебя…

– Он хотел, чтобы ты женился на мне и стал его зятем. А ты отказался. Почему?

– Катя, давай не будем. Я не гожусь в мужья, особенно такой красивой и богатой женщине, как ты. Ты достойна лучшего.

Повторить, что он не любит ее, у Романа язык не повернулся. Не в такую минуту. Потом, если понадобится, он объяснит Кате еще раз…

– Папа никому ничего не прощает. Он грозился уничтожить тебя! Боже, как дико болит голова…

– Не надо.