Яфет

 – Что жизнь – нам честь дороже!

– У тебя молодая жена и сын, – произнес отрезвляющим голосом Яфет, и все увидели, что тцар осунулся, взгляд сделался хмурым, смотрит на волхва с вынужденным пониманием. – Что толку, если погибнешь – кто будет их защищать и оберегать?

Тцар побледнел от непростого выбора, но в глазах снова вспыхнула ярость.

Голоса вокруг смолкли, взгляды прикипели к нему. Яфету все безоговорочно верят, за ним идут уже давно, многие еще до того, как пришли в Вавилон.

Подошел Громострел, Яфет ощутил, как на плечо легла тяжелая ладонь воеводы.

– Я все понимаю, – молвил он. – Воинская гордость, мужская честь. Для меня они превыше всего! Но на твоих плечах лежит будущее твоего племени, всех этих людей.

Старший воевода указал на стоящие поодаль многочисленные повозки с волами, на устремленные к тцару и воеводам в ожидании лица женщин, детей, стариков.

Стекло тишины вдруг разбил, точно брошенный камень, плач младенца, но молодая красивая женщина сунула ему в рот набухшую сочную грудь, и тот успокоился, принялся сосать, довольно причмокивая.

– Ты обещал вывести их из Вавилона в богатые плодородные земли. Так что, иногда можно и послушать трусливого волхва.

Он дружески подмигнул Соколиному Клюву. Затем вновь посмотрел на военачальников.

– Ежели пойдем вдоль гряды, не принимая бой и не показываясь великанам, – гаркнул он задорно, – то это будет воинская хитрость, маневр! Обойдем врага, а потом, ежели понадобится, ударим после. Когда выгодно нам, а не ему! Будем воевать по своим правилам, а не чужим!

– Вернемся и накостыляем уже, когда заселим эти земли и возведем города! – поддержал Соколиный Клюв. – Но не раньше!

– Да будет так! – кивнул Яфет нехотя. – Идем вдоль гряды над берегом. Свое присутствие не выдавать. В бой не вступать!

В ответ грянуло радостное и оглушительное «Слава!». В воздух взвились руки с сияющими в свете заката клинками.

– Выступаем немедля! – бросил Яфет, чувствуя, как сильно колотится сердце, радуясь, что снова сумел убедить, сохранил веру и уважение соратников. – Поднимайте, тяните, тащите людей, хоть сами в повозки впрягайтесь! К ночи надо уйти как можно дальше вдоль моря.

Военачальники начали расходиться, послышались зычные крики, защелкали плети. Устало замычали волы, которых снова поднимают и заставляют идти, месить ногами липкую грязь.

– Ты воистину мудр, – сказал Громострел с уважением. – Иные тцары не слушают советов, а делают по-своему. На погибель всем вокруг.

Яфет с неловкостью молвил:

– Спасибо, что вовремя подошел. Гордость – это такая тварь, с которой трудно сражаться в одиночку, да еще и когда на тебя смотрят, от тебя ждут…

– Всегда пожалуйста! – хохотнул Громострел. – Хотя, это все Соколиный Клюв предложил.