Ядожал

Не прошло и пары минут, как с той стороны коридора показалась знакомая фигура в сине-желтой форме.

– Кристен! – воскликнула змеюка в засаде. – Вот так неожиданность.

Да-да, знаем мы такие тщательно спланированные неожиданности.

– Астрид? Что ты здесь делаешь?

– Зашла к лекарям за антидотом. Показалось, что сегодня на практике с Анчаром его яд обжег мою руку. Решила провериться у господина Горячего. С такими вещами не шутят.

Какая бойкая ложь. Сразу видно, что заготовку тщательно спланировали, а после репетировали у зеркала.

– И что тебе сказали? – проявил участие Кристен.

– Все в порядке. Просто небольшая аллергическая реакция. И знаешь, раз мы встретились, как насчет того, чтобы пойти немного погулять? На улице такая чудесная погода.

Я вспомнила эту «чудесную», до костей пробирающую холодом погоду и посочувствовала Астрид. Это как сильно надо вздыхать по парню, чтобы не побояться цистита, бронхита, обморожения и прочих радостей, возникающих после переохлаждения? Ладно он. Северяне, говорят, и не к таким экстремальным перепадам температуры привычные. Ходят слухи, что женщины уходят рожать в специальные домики, выстроенные из кубиков льда, а младенцев традиционно омывают не водой, а снегом. Однако я сомневалась, что Астрид обладает похожей морозоустойчивостью и нормально переживет прогулку.

Но та, видимо, считала иначе, потому что продолжала напирать и уговаривать.

– Пойдем! Завтра начинается Белая неделя, а мы так давно не были вместе… Только ты… и я.

В тоне Астрид появились чарующие нотки красавицы, знающей основные приемы обольщения. Послышался шорох одежды. И если раньше я просто подслушивала, то теперь осторожно выглянула из своего укрытия и принялась самозабвенно подсматривать.

Они стояли ко мне боком, давая возможность разглядеть все детали разворачивающейся сцены. Слегка растерянный напором, Кристен оказался прижат к подоконнику окна, Астрид стояла прямо перед ним и обнимала за шею одной рукой, другая лежала на груди, изредка поглаживая.

– Астрид, – строгим тоном произнес Кристен, убирая ее руки.

Но девушка решила идти до конца. Она мелодично рассмеялась и томно произнесла:

– Брось… Давай лучше вспомним, как нам было хорошо вместе.

Она приподнялась на носочках, а у меня все оборвалось. Дернувшись назад, я прижалась к стене и закрыла глаза. Внутри появилась обида, а следом вспыхнула ревность.

Холод, прозвучавший в голосе Кристена, пробрал не хуже минусовой температуры за окном.

– Пожалуйста, еще один раз. Всего один раз. Обещаю, никто не узнает.

Девушка всхлипнула и разрыдалась от отчаяния, а мне так стыдно за нее стало. Мама всю жизнь учила меня, что женщина не должна унижаться. Ни ради любви, ни ради хорошей должности, ни ради чего-то или кого-то еще.