Яд и мармелад. Жена по неосторожности

 – Пойдемте уже побыстрее закончим этот… балаган.

При моих словах мне показалось, что помертвели не только неподвижные глаза некроманта, но и его лицо.

Да, похоже он явно бы предпочел, чтобы на ступенях рядом с ним стояла Эмили, а не какая-то там я…

– Балаган? – как будто через силу повторил Блэкмор. – Да, конечно. Давайте закончим.

Некромант неожиданно резко сдавил мою руку, и под мощные переливы колокола мы переступили порог собора.

– Вы переломаете мне пальцы! – зло прошипела. – Я же обещала, что не сбегу из-под венца и стоически вытерплю всю процедуру!

Про то, что я действительно едва удерживалась, чтоб не вырвать руку и пуститься от этого гибельного мужчины и моих неправильных чувств к нему наутек, ему знать необязательно…

Но Гилберт Блэкмор своим потрясающим чутьем, конечно, все чувствовал.

– Не уверен, – холодно бросил он и сжал меня еще крепче.

В соборе горел миллион свечей, а под огромным сводом, расписанным сценами из жизни творцов, сидели на балках белые голуби. Среди них выделялось темное пятнышко – Готик не мог отказать себе в удовольствии посмотреть на долгожданное торжетсво.

У алтаря ждал сам епископ Морбидиона, который должен и был нас повенчать. Какая честь…

Гости о чем-то шептались, но я не вслушивалась. Повинуясь велению епископа, мы с графом Блэкмором опустились на колени друг напротив друга.

Все окружающее перестало существовать. Я вглядывалась в жесткое и красивое лицо некроманта. В его синие незрячие глаза…

Внезапно левую ладонь пронзила резкая боль. Епископ полоснул наши ладони кинжалом и заставил крепко сомкнуть их порезами.

Смешанная кровь, наша общая кровь закапала в золотую чашу, в которой лежали обручальные кольца.

– Клянусь любить и оберегать эту женщину до конца моих дней. Плоть от плоти моей, кровь от крови моей…

Блэкмор достал из чаши окровавленный перстень с черным камнем и надел мне на безымянный палец. Тяжелый, слишком большой для меня, скользкий от крови, он слетел…

И упал бы на толстый бордовый ковер, если некромант его не подхватил и не надел мне на палец снова.

– Клянусь любить и оберегать этого мужчину до конца моих дней. Плоть от плоти моей, кровь от крови моей, – сказала я и проделала то же самое с его обручальным кольцом.

Руки тряслись, поэтому получилось не с первого раза. Наконец, мы соединили и правые руки.

Я знала, что последует дальше. Боялась и ждала этого…

Блэкмор склонился ко мне и запечатлел на моих губах поцелуй.

Он не имел ничего общего с теми страстными поцелуями, что были у нас до этого.

Некромант лишь едва коснулся губами моих пересохших губ. Вернее, даже не коснулся. Просто сделал вид, как будто ему была отвратительна сама мысль о том, чтобы целовать меня.

Вот и все. Теперь я – графиня Марисабэль Блэкмор.