Яд и мармелад. Жена по неосторожности

Я в очередной раз протерла несуществующую пыль со стойки, поправила на корзинках таблички с названиями мармелада, поглядела в окно.

По улице шли богато одетые дамы и господа. Но – все мимо.

– Почему никто не заходит? Может, зря я назвала «Мармеладными монстиками»? Наверное, монстры их отпугивают… Надо было придумать что-то милое. Какой-нибудь «Мармеладный рай», например.

Готик сел мне на плечо, как всегда, стараясь подбодрить.

И тут зазвонил колокольчик…

Я встрепенулась, но это оказался посыльный с огромным букетом роз.

Среди цветов оказалась черная карточка, на которой было написано одно-единственное слово.

О, это наверное, Метьюз прислал. Он переживал за мой магазинчик, как будто самолично открывал лавку мармелада. И обязательно обещал заглянуть в день открытия.

Не знаю, что Гилберту Блэкмору еще надо. Лично я была бы счастлива, если у меня был такой хороший друг.

При мысли о некроманте я помрачнела.

До бракосочетания оставалась всего неделя. Казалось, что на меня надвигается огромная мрачная туча, которая сулила бурю.

И еще неизвестно, смогу ли я ее пережить.

В вечер приема у старейшины Ковена некромант показался мне чуть человечнее, чем в самом начале. Но то под действием игристого, которого я, и впрямь, выпила слишком много. А потом еще это шальное зелье Маклера…

Наутро я проснулась, как в тумане. Помнила, все что было, но отдаленно. Главное, что не позволила себе ничего лишнего.

Кроме использования магии темного потока…

Подозрительно. А уж не происки ли это Гилберта Блэкмора?

Может, некромант все подстроил и специально хочет убедить меня, что во мне есть сумрак?

Прерывая ход моих мыслей, колокольчик на двери зазвонил вновь.

Я возликовала сердцем: в магазин вошла молодая женщина с двумя сыновьями лет шести-семи.

– Мама, смотри как здесь здорово! – в один голос закричали мальчишки.

Она огляделась и улыбнулась.

– И впрямь. Вижу, вы хорошо тут устроились, леди Бишоп.

Я сразу напряглась, сжалась… Эта дама, которая хоть и с первого взгляда показалась очень милой, так же, как и Гелберт Блэкмор использовала в своей магии темные потоки.

– Мы знакомы? – напряженно спросила я.

– Нет, конечно, Марисабель. Но я очень мечтала с вами познакомиться!

Мне стало настолько неуютно… Я даже и не знала, что сказать, как себя повести. С другой стороны, никогда бы не стала делить – мол, мой магазин только для светлых магов, темным вход воспрещен.

Видя мое замешательство, леди весело засмеялась.

– Ладно, не буду вас больше мучить. Я – Марни, жена Метьюза. А эти сорванцы – наши сыновья, Олин и Томас. Как только они заслышали про мармеладных монстров, тут же потащили меня сюда.