Яд и мармелад. Жена по неосторожности

С замиранием сердца я ждала разговора с мистером Проктором.

В тот вечер я лежала в нагретой постели и читала страшную, но жутко интересную книжку про убийства в академии магии.

Чародейный софит парил над кроватью, на столике рядом стоял стакан теплого молока и кусочек абрикосового пирога на фарфоровой тарелке.

На улице лил холодный дождик, но в спальне было тепло и уютно.

Внезапно за окном послышались странные звуки. Это было непохоже на стук дождя по козырьку. Словно кто-то возился по карнизу, скребся в стекло.

Я вмиг вспомнила леденящие душу истории соседки про фей – маленьких злобных существ.

Прикидываясь добрыми, под предлогом исполнения желаний они выманивали людей на улицу и делали из них себе подобных.

Кожа покрылась мурашками.

Понимая, что теперь не усну, пока не увижу, что там, я выбралась из постели и на цыпочках подошла к окну.

На карнизе под дождем сидел черный крылан. Тот самый, которого я пару дней назад спасла из аттракциона.

Он был весь мокрый и мелко дрожал от холода. Одно крыло безжизненно свисало – посредине на него намоталась цепь. Конец этой цепи звякал по козырьку. Она была очень тяжелой – животное с трудом волочило крыло вместе с этой цепью за собой.

Не задумываясь, я приоткрыла окно. Летучий мыш вполз на подоконник.

Прошлый хозяин крылана заявил, что это очень злобные, даже жестокие животные.

Я знала, что тут он недалек от правды.

Старенький профессор, который вел у меня в колледже особенности магических существ, рассказывал, что летучие мыши, как правило, являлись фамильярами колдунов, вампиров и некромантов. Своей темной природой они усиливали злые способности сумрачных магов. То есть всех тех, кого питали отрицательные магические потоки.

Добрых граждан нашей страны, конечно, это все напрягало. Потому летучих мышей с удовольствием истребляли. Повсеместно. И настолько доистреблялись, что почти уничтожили этот вид.

Для тех, кто использовал в своей магии положительные потоки, то есть для чародеев вроде меня, летучие мыши были абсолютно неприручаемы.

Он действительно мог наброситься на меня и укусить, но…

Крылан выглядел совершенно обессиленным, худым и облезлым.

Некогда пушистая черная шерстка свалялась, а в некоторых местах и отсутствовала вовсе. На голой коже были видны следы ожогов.

Несладко же ему пришлось в аттракционе. Еще бы, служил живой мишенью!

Я протянула к крылану руку. И мыш тут же куснул меня в тыльную сторону ладони так сильно, что выступила кровь.

Ойкнула и отскочила от агрессивного существа.

– Знаешь, лучше лети-ка ты отсюда подобру-поздорову, раз кусаться собрался! – возмутилась. – Деловой какой!

Крылан смерил меня презрительным взглядом и оскалил острые клычки.