Я тебя куплю

— Какая строгая у нас сегодня медсестричка… — Тип поднимается с дивана и медленно, с актерским пафосом приближается ко мне. — Это у тебя сценарий такой оригинальный?

— Какой сценарий? Это тридцать третий дом?

— Верно, — произносит он, обходя меня по кругу, прицениваясь и раздевая взглядом.

— Антонина Семеновна Соколова здесь живет?

Он вдруг останавливается передо мной, и все замолкают. Музыка затихает. Он смотрит на меня, а я на татуировку огня на его шее, языками тянущуюся из-под ворота майки.

— Хэй, мальчики, пошалим?! — В зал входит размалеванная блондинка в костюме медсестры из магазина товаров для взрослых и плеткой разрезает воздух. — Кому укольчик?

Ошалелые мужики переводят свои осоловелые взгляды с нее на меня и снова на нее.

— Соколовы в тридцать пятом живут, — хмуро отвечает голубоглазый тип.

Я смотрю на лист вызова и мысленно ругаю криворукого диспетчера за почерк.

— Видимо, ошибочка вышла, — вздыхаю я. — Ваша медсестричка уже пришла, так что я пойду. Приятного вам вечера.

— Да, хорошо, что ошибочка. А то я уже решил, со скуки умрем, — усмехается тот и переключается на стриптизершу. Да плевать мне, что ты обо мне думаешь! — Камиль, проводи докторшу!

Другой парень берет меня под локоть и быстро выводит из дома. В ночной тьме мне почти не удается разглядеть его. Высокий, плотный, с волнистыми волосами. От него пахнет лаймом и сигаретами, а еще идет такой жар, как от печки.

— У вас температура, — говорю я ему, когда мы доходим до ворот.

— Знаю, — коротко фыркает он, демонстрируя свое нежелание общаться со мной.

— Вам нельзя спиртное. Нужен покой. Вот, — я достаю из своей сумки жаропонижающее и подаю ему, — выпейте и ложитесь в постель.

Он ухмыляется, беря лекарство. Трясет его в руке, исподлобья оглядываясь по сторонам, и наконец говорит:

— Окей, док. А теперь отчаливай. И в следующий раз будь внимательней на выезде.

Да уж, каких только грубиянов земля не носит! Я закатываю глаза, вздохнув:

— Будем считать, это ваши слова благодарности. Выздоравливайте. Но если станет хуже, вызывайте врача. Я сейчас не о том враче, что стягивает шелковые чулки у шеста.

Он снова усмехается и взмахивает рукой, приказав охраннику:

— Открой, — и не дождавшись, пока я уйду, возвращается в дом.

— И вам спокойной ночи, — роняю я, выметаясь из этого места и надеясь, что мне больше никогда не «посчастливится» сюда вернуться.

Увы, у судьбы свои планы…

— Блин, Олег, как мило, — сонно мурчу я в телефон, вертя в руке нашу фотографию, сделанную в кабинке.

Приятно, когда любимый человек даже в командировке не забывает первым пожелать тебе доброго утра. Не хватает его поцелуя, но он наверстает упущенное, когда вернется.

— Осталось всего два дня, пупсик.