Я не сойду с ума

- Джейни важно понять, что вы с Ханной - единое целое, и если она причиняет боль Ханне, это задевает и ваши чувства, потому что Ханна вам настолько же дорога, как и она. - голос напоминал тот, которым она разговаривает с Джейни: очень ровный, почти без интонаций. - Дети с травмами часто прибегают к триангуляции.

- Триангуляции? - переспросил я.

- Ребенок будет вести себя по-разному с двумя родителями. Он перепробует все, чтобы выстроить стену в отношениях родителей.

- Джейни этого не делает.

Ханна ударила по подушке, которую все время сжимала во время наших сеансов.

- Да ладно! Она же так и делает!

- Когда? - Ее лицо исказилось злостью. - Все время. С самой первой встречи. Помнишь, она со мной тогда даже не заговорила?

- Она была расстроена. Она бы ни с кем не стала говорить.

Ханна яростно помотала головой.

- Я тоже раньше так думала. На самом деле она всегда видела во мне угрозу.

- Угрозу? Ты ведешь себя как ревнивая девчонка. Она лишь маленькая девочка. Ханна.

- Думаешь, я этого не знаю? - огрызнулась Ханна.

Доктор Чэндлер подняла руку.

- Смотрю, я задела за живое. Это хорошо.

Я посмотрел на нее как на сумасшедшую.

- Это отлично показывает как она настроила вас двоих друг против друга: - сказала она.

Мы с Ханной посмотрели на нее в замешательстве.

- Сейчас Джейни считает, что вы на ее стороне и вас двое против одной Ханны.

- Но я на ее стороне... - я не имел в виду, что я против Ханны, но я правда во всем поддерживал Джейни. Я всегда буду на ее стороне, всегда буду желать ей лучшего.

- Только не должно быть никаких сторон, в этом и дело. - Она наклонилась ближе ко мне. - Вы втроем - одна семья. Никто не выступает против другого. Вы должны быть вместе, и причинять боль членам семьи не разрешается. Этому мы пытаемся научить ее нашим заданием.

Я уже и забыл о задании.

- Так что нам делать, если она не пожелает мне спокойной ночи? -спросила Ханна.

- Тогда вы скажете ей «спокойной ночи», а Кристофер промолчит. Потом делайте все как обычно. Не надо полностью ее игнорировать. Соблюдайте обычный ритуал.

- Ритуал в том, что я ложусь спать на полу рядом с ней, - сказал я.

- Значит, так и делайте, - сказала она как ни в чем не бывало.

- По-моему, это плохая идея, - сказал я Ханне по пути домой. Последние десять минут сеанса ускользнули из моего внимания, потому что я пытался уложить в голове, что нам советуют специально манипулировать шестилеткой, и так пережившей травму, чтобы заставить ее что-то сделать. Доктор Чэндлер твердила нам, что молчание Джейни по отношению к Ханне - это способ выразить злобу по отношению к ее матери. Если это правда, а я был с этим согласен, то я не понимал, чего хорошего в том, чтобы заставить Джейни говорить с Ханной.