Я не сойду с ума

Легкие морщинки разбегались из уголков глаз и рта. Лицо обвисло от возраста и испещрено пятнами от солнца: она принадлежала тому поколению людей, кто еще мазал кожу детским маслом, не боясь солнечных лучей. Вокруг шеи небрежно повязан шарф с цветочным принтом. Ее красный кардиган, брюки со стрелками и туфли на толстой подошве напомнили мне бабушку. Она изящно и легко опустилась на пол и похлопала по коврику рядом с собой.

- Садитесь. Давайте познакомимся, - сказала она.

Мы сели перед ней по-турецки. Ханне, похоже, было удобно, мне же неуютно. Слишком напоминало занятие йогой, которую я ненавидел. Несколько лет назад Ханна увлекалась йогой и один раз затащила меня на занятие. Я с трудом продержался до конца и больше не приходил. Это не для меня.

- Я доктор Чэндлер, но, если вам так удобнее, можете называть меня Анной, - она сложила руки на коленях и переводила взгляд между нами. -Расскажите вкратце, почему вы пришли.

Мы с Ханной переглянулись, никто не хотел говорить первым.

- Мы недавно стали опекунами шестилетней девочки, сейчас идет процесс удочерения, и наш социальный работник посоветовала обратиться к вам, -сказал я.

Доктор Чэндлер хлопнула в ладоши.

- Это замечательно! Поздравляю! Кто ваш социальный работник?

- Пайпер Гольдштейн, - сказала Ханна.

Она знающе улыбнулась.

-Да, Пайпер, она хорошая. Вы, должно быть, очень счастливы.

Ханна улыбнулась в ответ.

- Так и есть. Пайпер замечательная.

- Вы участвуете в программе усыновления из-за границы или ребенок местный? - спросила доктор Чэндлер.

- Местная, - сказала Ханна.

- Вы слышали о девочке, которую обнаружили на парковке несколько месяцев назад? Которую связывали в гардеробной? - спросил я.

Доктор Чэндлер кивнула.

- Да, я читала об этом случае. Вы ее удочеряете?

- Да, - сказали мы хором с новым смешком.

- Должно быть, у вас тогда очень много забот. Каково это? - ее глаза светились любопытством.

Я осторожно подбирал слова: потому что не хотел еще сильнее расстроить Ханну.

- В больнице ей поставили синдром жестокого обращения, так что иногда бывает очень сложно, но все становится лучше.

Доктор Чэндлер повернулась к ней.

- Я так понимаю, вы не совсем согласны?

- Я согласна, что все лучше, чем когда она только к нам попала, но не оттого, что ей лучше, а мы научились с ней управляться, - сказала она.

- Не могли бы вы рассказать поподробнее? - спросила доктор Чэндлер.

- Укладывание спать с самого начала давалось трудно. Мы мало спали, потому что она то вылезала из постели, то орала у себя в комнате. Кристоферу пришлось спать рядом с ней на полу, чтобы она оставалась в кровати, иначе она не засыпала. Так что теоретически проблема решена, но на самом деле она не умеет засыпать одна. Я хотела бы ее этому научить.