Рим – это я. Правдивая история Юлия Цезаря

 – Вы оба безумцы, ты и Цинна…

Он рухнул на колени в корчах, изо рта хлынула кровь, лицо исказилось от нестерпимой боли.

Фимбрия из любопытства присел рядом с умирающим консулом.

– Почему мы безумцы? – спросил он. – Неужели ты думаешь, что Митридат слишком опасен для меня или Цинны?

Валерий Флакк рухнул на бок. Он истекал кровью, но, несмотря на боль и ярость, судорожно захохотал, выплевывая кровавые брызги: его забавляла безрассудная наивность убийцы. Он понимал, что предавший его человек – мертвец, как и он сам. Только это поддерживало его дух в последние минуты.

Флакк говорил с трудом. Он напрягал лицевые мышцы, пытаясь вдохнуть побольше воздуха через нос или рот, но вместо этого проглатывал кровь. Он захлебывался.

Стоя на коленях, Фимбрия наморщил лоб и нагнулся, чтобы услышать последние слова Флакка:

– Самый опасный враг… для вас… это Сулла, – сказал преданный консул.

Флакк повалился на бок, прижав руки к животу, вокруг него растеклась лужа крови. Глаза консула были широко раскрыты, на лице читались страдание, удивление и ярость. Не нашедшие выражения чувства, которые он унес с собой в Аид.

Фимбрия поднялся на ноги, мрачный и хмурый.

Позади в ожидании указаний толпились начальники.

Он повернулся к ним:

– Мы идем на Митридата.

В капитанской каюте за столом с разложенными на нем географическими картами сидели трое: Сулла, Долабелла и Лукулл. Сулла знал, что война против Митридата не увенчается успехом без надлежащей поддержки с моря. Флот понтийского царя господствовал в восточной части Внутреннего моря, поэтому Сулла поручил Луцию Лицинию Лукуллу, стороннику оптиматов, создать крупное соединение судов, которое действовало бы, опираясь на берега Африки, Египта и других восточных стран. Предприимчивый Лукулл сделал это и поддержал Суллу с моря во время нападения на Афины. Но следовало решить, как быть теперь, ибо в войну вступил новый участник: Фимбрия.

– В Никомедии он безжалостно казнил Валерия Флакка, – Лукулл излагал последние сообщения из Азии. – А затем разбил понтийского царя при Питане. Митридат укрылся в Митилене на острове Лесбос. Похоже, Фимбрия сумел заразить солдат своей необузданной яростью.

Лукулл не заикнулся о том, как надо бороться с Митридатом и тем более с Фимбрией. Стоя перед Суллой, он благоразумно предпочитал хранить молчание и получать приказы. Зато Долабелла ясно понимал, что необходимо делать, и немедленно предложил:

– Наш флот может окружить Лесбос, а войска Фимбрии и наши силы двинутся на Митридата и покончат с ним. Он больше не будет угрожать Риму.

– Это можно… – заговорил Сулла и умолк, глядя на карту. Потом добавил, так, словно речь шла о чем-то неважном и незначительном: – Но мы не станем.