Это я удачно попала! (СИ)

И расспроси своего друга-дракона: среди старейших его вида должны быть те, кто бывал в иных мирах. Они могут что-то знать. Мой народ не может помочь. 

- Ладно, спасибо вам, что попытались. И за советы, - я встала и слегка поклонилась фее. 

- Прилетай в другой раз с драконом - улыбнулась та, - только своего человека не бери - тогда сможешь остаться погостить подольше. Мы не любим людей, им даже клятва не всегда помеха. Хитрые. 

Я кивнула и вышла из шатра. Эван вовсю беседовал с несколькими представителями народа фей. Когда мы только прилетели, я ни у кого из фей не увидела крыльев, но сейчас, явно по просьбе Эвана, феи призвали крылышки. Те и впрямь были похожи на стрекозиные, только цвет их повторял цвет волос носителя. 

"Для маскировки" - подумала я. Почему-то казалось, что феи с такой внешностью очень легко могут мимикрировать под местность.

Решила дать другу возможность пообщаться подольше с местными - судя по словам женщины, которая тут явно была главной, его сюда больше не пустят. Так что пусть поговорит, выяснит, что хотел. А я подошла к Сирену и какое-то время наблюдала, как малыши забираются на дракона и скатываются по нему, как с горки. Были эти детишки мне по пояс, а взрослые феи - где-то с меня ростом. 

Наконец, Эван подошёл к нам, довольно сверкая глазами. Мы снова оседлали дракона и покинули место обитания фей. Лететь, после некоторых раздумий, решили ко мне. Всё-таки, Эван уже сообщил об этом своим родителям. А по пути обсудили свои впечатления. 

- Ну как, ты узнал, что хотел? - спросила я у Эвана, пока мы летели по направлению к дому. - Впрочем, судя по твоему счастливому виду, думаю, ответ очевиден.

- Узнал, - обернувшись, одарил меня широкой улыбкой друг. Эван сидел впереди, а я за ним - поэтому меня он слышал хорошо, а вот, чтобы я могла расслышать в свисте ветра то, что он говорит, ему приходилось оборачиваться. 

- Но вам не скажу, - продолжил Эван, хитро улыбаясь. - Простите, но я поклялся, что не сообщу никому ничего из того, что услышал, увидел, чему стал свидетелем или участником на землях фей, а также не расскажу об их местонахождении. Последнее условие явно было лишним: я бы, даже если бы захотел, едва ли смог показать дорогу. С высоты птичьего - то есть, я хотел сказать, драконьего - полёта всё несколько иначе видится. 

- Вот так и вози на себе людей, - проворчал Сирен, - а они в ответ птицей обзывают. Птицы, к твоему сведению, человеческий подросток, - безмозглые. А драконы - разумные существа, уж поразумнее некоторых.

- Прости, Сирен! - повинился Эван. - Я не хотел тебя обидеть, и очень благодарен тебе за то, что позволил мне почувствовать восторг полёта. 

Ух, ты! А друг, оказывается, дипломат. Однако непонятно, чего он так обрадовался.