Я плету твою судьбу (СИ)

Не придумав ничего лучше, я принялась стягивать с себя кофту. И почти стянула её, когда моё запястье обхватила холодная ладонь Лолы.

Девушка приподнялась, трясясь и дёргаясь. На её губах пузырилась кровавая пена, и мой взгляд метался от её рта к глазам.

— Он… — Лола закашлялась, закатив глаза. — За тобой!

И резко обмякла на моих руках. Просто за секунду судорожно выдохнула и обмякла. Дичь какая-то!

Волосы на затылке встали дыбом, когда я поняла, что не одна в комнате. Резко оглянувшись, обнаружила замерших на пороге Кэя и остальных оперативников.

«Он за тобой!» — набатом обрушилось в голове, когда я поймала наполненный тьмой и гневом взгляд Войнота.

И это всё, что я видела дальше. Даже когда ко мне подскочили Вэл и Руби, когда огневик шипел мне что-то яростно в ухо, а Руби смотрела разочарованно и осуждающе, я видела лишь глаза Войнота. В них больше не было мягкости, да даже ехидной улыбки. А может, и не было этого никогда, и я сама себе всё это нарисовала?

В голове сложились все разрозненные элементы: его оговорки, связь с Братством, моя странная, почти идентичная схожесть с его невестой, слишком быстрая смена отношения к Ткачам.

И нет смысла кричать и оправдываться. Мне подготовили ловушку, и я с грацией слона в неё попала. Лучшее, что я сейчас могла сделать, — это держать рот на замке. Какой бы бурей ни была сейчас объята моя душа, внешне этого никто не увидит.

Последнее, что запомнилось мне в этом жутком доме, — это поведение Ультио. Аналитик с отсутствующим, мёртвым взглядом изучал полки сохранившегося шкафа. Даже он не верил мне.

Глава 9. Внезапная удача

Время потеряло счёт. Я не знала, сколько уже находилась в стылой допросной. Казалось, настолько долго, что даже этот холод стал мне как родной. По крайней мере, он был созвучен той отмороженности, в какой я сейчас пребывала. Говорят, у каждого свой предел, после которого у психики срывает предохранители. Кто-то срывается в истерику, а кто-то, как я, уходит в себя. Погружает разум в анабиоз. И я искренне думала, что мне повезло. Уж лучше апатия, чем агония.

Меня приволокли сюда и прицепили наручниками к столу. Как опасную преступницу. Как бродячую собаку.

Только вот я ведь ничего не делала! Перед глазами раз за разом пролетала картинка из того дома. Лужа крови, бездыханная Лола, бледная Руби и Вэл, лицо которого искривилось в гневе.

О Кэе я старалась не думать. Обходила этот момент как могла. Больно было осознавать, что единственный раз, когда я решила открыться кому-то, подпустить ближе, обернулся предательством.

Громкий хлопок открывшейся двери сбил очередной виток самокопания. Я заторможенно посмотрела на вошедшего. Невысокий, коренастый мужчина. Республиканский обвинитель. Господин Фидель Парат. Это уже третий его заход.