Я отведу тебя в место силы...

Будем уважать нашего гостя! – И она принялась разливать по тарелкам детей наваристый, очень крутой бульон с большим количеством мяса, нарезанным луком и какими-то травками, не забывая ни о ком.

Чимину стало намного проще воспринимать речь хозяев, ведь незаменимый переводчик наконец-то стал выполнять свою непосредственную функцию.

- Кушайте, - говорила женщина, присаживаясь и сама. – Попробуй, Чимин! Это блюдо называется «мюн»! Да ты бери, бери боурсох, - пододвигала поближе к гостю глиняную обливную мисочку с румяными шариками из теста

- Да, спасибо, тетушка! – теперь свободно мог разговаривать по-корейски Чимин. Приборчик лежал на столе рядом и почти синхронно переводил с обоих языков.

Впервые услышав немного механический женский голос из переводчика, Эркелей прыснула, вскинула на гостя темные глаза и опять уткнулась в свою тарелку.

А мать Аржана предлагала гостю и кусочки подкопченного курута – разновидности соленого сухого сыра (они еще называли его «сырчик»), и нарезанные свежие овощи, и сочную зелень…

Парню, привыкшему к острой корейской пище, катастрофически не хватало риса и кимчхи, и почти вся еда казалась немного пресной. Но он не подавал вида, что ему что-то не по вкусу, и, как воспитанный человек, ел аккуратно, даже деликатно, и поддерживал беседу за столом.

А хозяевам все было интересно. Мама Аржана спрашивала, откуда он приехал, чем занимается, какая у него семья.

Девушка, до того безучастно поглощающая еду, вдруг услышав слова «Сеул» и «Чимин», вскинула на гостя расширившиеся глаза и вдруг уронила ложку. На лице ее застыло выражение глубочайшего изумления. Она несколько секунд, не мигая, смотрела на молодого мужчину, а потом вдруг закашлялась, зажимая себе рот обеими руками.

Шуну принялся хлопать сестру по спине, а мать налила в стакан воды и протянула дочери:

- Ну, вот куда ты торопишься?! Ешь спокойно!

У девушки из глаз брызнули слезы, она все никак не могла остановиться, потом помотала головой, отстраняясь от брата, и, выпив больше половины стакана, сиплым голосом сказала:

- Нет, мама! Это не от этого! – и снова уставившись на музыканта почти черными раскосыми глазами, спросила. – Откуда ты, говоришь, приехал?

- Из Сеула – который в Южной Корее?!

- Ну да. А что? – всё еще не понимал тот.

- И твое имя… - она уставила на него тонкий палец.

- Пак Чимин?! Из BTS?! – голос девчонки дрожал от сильнейшего возбуждения, лицо покраснело.

- Ну да, - нехотя ответил музыкант, про себя чертыхнувшись: «Вот же засада!»

А девчонка схватилась обеими ладонями за щеки и завизжала.