Я вернусь, когда меня не станет

Он купил витамины в таблетках и ампулах, влажные салфетки и какой-то крем — Ирину не интересовало, что именно Даниил забрасывал в кейс. Стоя рядом, практически вплотную, она прислушивалась к голосу, всматривалась в профиль, в глаза за очками, в шею, смотрела на пальцы. Даниил расплатился и ушел, Ирина смотрела ему вслед, вдруг услышала:

— Девушка, вы что-то хотели?

— Мне, пожалуйста, влажные салфетки и аскорбинку.

То и другое не бывает лишним, Ирина забрала покупки и тем же путем вернулась в машину, где на нее наехал Георгий:

— Ты с ума сошла?! Поскакала через дорогу! Лань, мать твою! Ты видишь, какое здесь движение? А если б Шубин тебя узнал?

— Гоша, не кричи, — сказала Ирина.

Сняв очки, она чмокнула его в щеку, оставив ядовитый отпечаток, рассмеялась и, разорвав пакет салфеток, вытерла остатки с его щеки. После, спокойно стирая со своих губ помаду, между делом убеждала:

— Я все правильно сделала. Куда он пошел?

— В машину сел, — буркнул Гоша уже не так сердито. — Его тачка стояла в переулке, заехав носом на зебру — крутой твой… этот! Для него правил не существует! И уехал, я отсюда видел.

— Не сердись, прошу тебя, ведь все обошлось. Ну, зачем люди будут тратить время, выслеживать Даниила, чтобы однажды я на него посмотрела? Мне очень хочется закончить эту историю, чтобы жить, как все люди. Итак, я на него посмотрела. Звони Куприну…

Когда они вошли, Виктория хотела сесть на кровати, Лидия Николаевна замахала ладонью девушке:

— Лежите, лежите, милая! Не смущайтесь.

Представившись и усевшись на стул у кровати, она некоторое время рассматривала Вику, которая стеснительно прикрыла ладонью синюшную щечку. Гематома распространилась на всю половину лица и часть шеи — крепкий удар нанес девушке неизвестный урод. В то же время Стива, пройдясь по небольшой одноместной палате, налюбовавшись живописью — цветочками в скромной рамке, избрал место наблюдения у окна.

— Как ваше здоровье? Сотрясение, да? — поинтересовалась Гринбес.

Она излучала одно добро, искренность и свет… во всяком случае, старалась все это излучать. Странно, но на тех, кого Лидия Николаевна допрашивала, это производило обратный эффект.

— Я сносно себя чувствую, но меня не отпускают домой, — несмело улыбалась Виктория. — Вы по поводу нападения на меня? Честное слово, я даже не видела, кто на меня напал и кто отбил.

— Отбил молодой человек, его зовут Вениамин.

— Немного. Признаться, я все знаю! (М-да, скромность основная ее черта, подумалось Стиве, который едва не рассмеялся в голос.) Вениамин частным порядком оказывает услуги тем, кому нужна помощь, и не платит налоги. Но он не наш клиент, поэтому мы на него не настучим. Вы, Вика, удивительно везучая, вам сказочно повезло, что Веня оказался рядом и спас вам жизнь.