Я тебя куплю

Еще два часа мы тратим на примерку платьев и костюмов, кое-что покупаем и наконец радуем Азиза заявлением, что можно ехать домой.

Прождав нас в кафе торгового центра, он устало поднимается из-за столика, заставленного опустошенными креманками, и потягивается.

— Думал, ночевать тут будем.

— Азиз! — К нам подходит среднего роста размалеванная блондинка с округлым животом, на котором не запахивается короткая курточка. — Вот так встреча!

Я ее точно где-то видела. И голос знакомый.

Она окидывает нас с Лучианой завистливым взглядом и снова переводит его на остолбеневшего Азиза.

— Ты в курсе, почему Камиль мне не звонит? Я уже почти три недели не получаю бабки! А меня, между прочим, хотят положить на сохранение. Передай ему, что если он не объявится, я пойду с этим приплодом к Адель! — Она указывает на свой живот.

У меня немеют ноги. Я будто срываюсь с вершины вулкана и на всей скорости врезаюсь в толщу ледяного озера. Буквально разбиваюсь на осколки.

Я узнаю эту девицу. Видела ее на Дне рождения Чеховского. В образе стриптизерши. И судя по размеру ее живота, могу предположить, когда она залетела.

Сглотнув, Азиз растерянно смотрит на меня и, нервно улыбаясь девке, достает свой бумажник. Вытащив несколько крупных купюр, сует их в ее трясущиеся от жадности руки и сухо отвечает:

Пересчитав, она морщит нос, сминает их и сует в карман куртки.

— Пока хватит. Но пусть он не расслабляется. Роды не за горами.

Еще раз взглянув на меня, теперь оценивающе, она разворачивается и уходит.

Ничего себе, какие… чудесные новости.

Без ствола я как без рук. Медсестричка даже боксерского мешка меня лишила. Приходится довольствоваться отжиманиями и бесцельной борьбой с воздухом. Но грудь начинает ломить, и я непроизвольно вспоминаю рекомендацию врача отказаться от физических нагрузок и резких движений до полного восстановления ребра.

Гребаные тюремщики! Надеюсь, вы там от одного моего имени в штаны мочитесь.

Бреясь, разглядываю свой помятый фейс. Рассеченная бровь обещает небольшой шрам, под глазом еще держится синяк. В остальном — почти красавчик. И что медсестричка во мне нашла? Мной только ворон пугать на даче ее матушки.

Уснуть так и не получается. Постель пропитана ее сладким запахом, и во мне кровь закипает от буйного, почти нездорового воображения.

Включаю какую-то тупую голливудскую комедию и, найдя в холодильнике банку малинового варенья, согреваю себе чай. Чувствую себя одомашненным котом. Жру, сплю, нежусь в постели. Надо бы раскинуть мозгами, как отблагодарить мою девочку. Просто за то, что она есть у меня. Заказать цветы, сводить в ресторан — слишком банально. Она наверняка сыта этим от Глеба.