Я и мой близнец (СИ)

Коултеры ни за что не желали продавать этот участок, поэтому, возможно, это и послужило причиной похищения ребенка… тебя, — поправился отец, — а жениться на тебе он хотел только потому, что ты тоже являлась наследницей огромного состояния вашей семьи. Если бы вы поженились, Филипп оказался бы связан по рукам и ногам, ведь он безумно желал найти свою сестру много лет и пожертвовал ради этого огромными богатствами…

Все стало складываться в более ясную картину. Вот почему упорство Дэйва было таким непробиваемым! Он имел прямую материальную заинтересованность.

Вдруг заплакала мама.

— Деточки! Простите нас! — всхлипывая, проговорила она, — Простите, что не сказали вам правду, а солгали еще больше! Хопкинс угрожал нам полным разорением в случае, если он не сможет жениться на тебе, Аннабель! Поэтому… мы разлучили вас…

Я тоже заплакала, вспомнив всю ту боль, обрушившуюся на нас в одно мгновение.

— Ладно! — вдруг проговорил Джош, успокаивающе сжав мою ладонь, — Я вас понял. И хотя я глубоко опечален участием нашей семьи в этом вопиющем преступлении, но я понимаю и верю, что у вас просто не было сил преодолеть это. Отец, — он обратился к несчастному старику с опущенной головой, — я прощаю тебя!

Я вздрогнула, а потом подняла на Джоша взгляд. Еще полчаса назад он скорбел о своем глубоком непрощении, а теперь… Мое лицо озарилось улыбкой. Я знала, что силы для искреннего прощения ему дал Господь Бог.

Джош встал на ноги, обнял маму, а потом и отца. Мама всхлипнула, папа тоже расчувствовался. Я обняла их тоже, окончательно завершив наше примирение, а потом мы с Джошем попрощались, чтобы идти к себе.

— О Хопкинсах не волнуйтесь, Филипп займется ими, — напоследок сказал Джош, а потом добавил, — А еще: на счет нашей свадьбы с Аннабель… я не шутил. Мы действительно теперь муж и жена, так что… она теперь по-настоящему ваша дочь…

Мама подошла к нам и обняла, все еще вытирая слезы.

— Поздравляем, дорогие, — проговорила она, — Будьте счастливы!

Потом, взглянув на измученное лицо отца, добавила:

— Он поздравит вас позже, не волнуйтесь!

Мы вышли из кабинета с чувством глубокого облегчения. Еще одна проблема и скорбь нашей жизни была решена. Слава Богу!

Следующее утро началось для меня с нежного поцелуя. Я открыла глаза и увидела над собой улыбающееся лицо Джоша.

— Привет, любимая, — прошептал он, смотря на меня задорными влюбленными глазами. — Как спалось?

— Чудесно! — пробормотала я, потягиваясь, а Джош вдруг начал меня щекотать.

— Вот теперь, когда ты и душой и телом принадлежишь мне, я охотно отыграюсь на тебе! — заявил Джош, наверное, решив извести меня щекоткой до поросячьего визга. Я изворачивалась и отталкивала его руки, но он не останавливался, доводя меня до смешливой истерики.