Начало (Я есмь)

Этих тварей нужно мочить издалека и желательно ядерным оружием.

Пена ушла, сзади открылась стенка, и я вывалился на пол. Вика обняла меня и прижала к себе, а мне больше всего на свете хотелось в душ, потому что воняло от меня потом, как от старого козла. Я им насквозьпропитался, да и чувствовал себя, честно скажу, не очень хорошо. Точнее, мне было совсем хреново. А еще я понимал, что ивры нас не оставят в покое, потому что мы открыли место их расположения. И они придут. Рано или поздно, они явятся сюда, и тогда нам всем хана. Нет, ампы правы, я катализатор дерьма. В том месте, где я появляюсь, оно начинает лезть из всех щелей!

Я поцеловал свою женщину, и как-то, даже сам не понял, как эти поцелуи переросли во что-то большее. Я и оглянуться не успел, как остался без одежды. Представляете картинку? Огромный зал, набитый боевыми скафандрами, а рядом с копошащими гигантским дроидом-ремонтником мужчина и женщина замаются любовью. А учитывая, что боевые скафандры оснащены искинами, становится совсем забавно — они же точно такого не видели. И точно этот зал не слышал таких криков и стонов. Краешком глаза я видел, как у входа замерла Мира, глядя растерянно на нас, а Вике было все равно, соскучилась она. В общем, такого со мной точно никогда не было, хорошо еще, что никто не давал советов, что и как делать, так что можно сказать, мне еще повезло.

Конечно, я понимаю, когда становится очень страшно, просыпаются первобытные инстинкты, а когда женщина начинает понимать, что скоро убьют ее единственного и последнего самца, то понятное дело, она становится совсем неудержимой. Но это я так, рассказываю тем, кто не знает. А вообще лучше в такие ситуации не попадать, и не оказываться в руках очень одиноких женщин.

Как-то я помню во времена студенчества, трое парней после кабака парни оказались в общежитие ткачих. Двое наутро пришли, довольные, говорливые, посматривали на нас свысока, мол, они видели что-то такое, что никогдане увидеть нам. А вот последний вернулся в общежитие через неделю, он был бледным, заросшим, ушедшим в себя, вздрагивал от женского смеха и постоянно испуганно оглядывался по сторонам. Рассказывал он о том, что с ним происходило скупо и как-то задумчиво – видимо и сам не понимал, что с ним произошло. Как мы поняли, его передавали как почетный приз из одной комнаты в другую, а учитывая, что ткачихи работали по сменам, то покоя ему не было ни днем ни ночью. Правда, как он признался потом, кормили хорошо, как на убой, питательно и вкусно. Учитывая, что парень, похоже и девственность потерял в этом общежитии, то на него это произвело неизгладимое впечатление, в первый раз и столько всего…

В общем, немного отъевшись и кое-как придя в себя, он снова ушел в это женское общежитие, и обратно уже не вернулся.