Змей и голубка

Поймав паутину узоров, я сжала кулаки и вздохнула – в этот миг мои светлые воспоминания о Басе, о любви, что я когда-то чувствовала к нему, о тепле, что он когда-то мне дарил – уходили в небытие. Стражники рухнули на пол, и нити между нами исчезли вспышкой мерцающей пыли. «Одно воспоминание за другое, – пропел голос у меня в голове. – Достойная цена. Это к лучшему».

Когда Бас увидел меня, его глаза торжествующе вспыхнули. Я подошла ближе к темнице, склонив голову и оглядывая его. Шассеры побрили ему голову и лицо, чтобы не было вшей. Такой вид Басу совсем не шел.

– Лу! – Он вцепился в прутья решетки и прижался к ним лицом. В глазах его отражался страх. – Слава богу, ты здесь. Мой дед пытался меня вытащить, но не вышло. Лу, они меня повесят, если я не расскажу им про Коко… – Он осекся, и его черты исказил подлинный страх. Я знала почему – он увидел на моем лице далекий, потусторонний взгляд. Моя кожа засверкала ярче. Ансель упал на колени за моей спиной. – Что ты делаешь? – Бас закрыл ладонями глаза, пытаясь сопротивляться моему колдовству. – Не надо! Прости… прости, что бросил тебя у Трамбле. Ты же знаешь, я не такой храбрый и… И умный, как вы с Коко. Я ошибся. Надо было остаться… помочь…

Дрожь сотрясла его тело, когда я подошла ближе и улыбнулась – едва заметно и холодно.

– Лу, пожалуйста – взмолился он. Снова дрожь, на этот раз сильнее. – Я бы им про тебя ничего не сказал! Ты же знаешь! Пожалуйста, не надо!

Его плечи обмякли, а когда Бас наконец безвольно опустил руки, лицо его утратило всякое выражение.

– Как же ты умен, Бас. Как же ты хитер. И всегда умел так ловко управляться со словами. – Через прутья решетки я взяла его лицо в ладони. – Давай-ка я кое-что дам тебе, Бас, а ты кое-что дашь мне. Давай? – Он покивал и улыбнулся. Я наклонилась ближе и поцеловала его в губы. Ощутила его дыхание. Он вздохнул, радостный и довольный. – Я подарю тебе свободу. А в обмен мне нужны всего лишь твои воспоминания.

Я сжала щеки Баса крепче, глядя, как золотые нити обвивают его красивое лицо. Бас не стал вырываться, когда мои ногти впились в его кожу, в крохотный серебристый шрам под ухом. Интересно, откуда он у него?

Когда я закончила, когда золотой туман поглотил все его воспоминания о моем лице и лице Коко – Басс рухнул на пол. На коже, там, где я впилась ногтями, осталась кровь, но я знала: он оправится. Я наклонилась, взяла ключи с ремня стражника и бросила их на пол рядом с Басом. Затем обернулась к Анселю.

– Твой черед, мой милый. – Я встала на колени перед ним, обняла его за плечи и коснулась губами его щеки. – Возможно, будет чуточку больно.

Сосредоточившись на картине происходящего перед нами, я извлекла воспоминание о ней из разума Анселя. Уже через несколько секунд рухнул и он.