Змей и голубка

Приятный прохладный ветер коснулся моей кожи, и я выдохнула с облегчением. В коридоре было тихо. Большинство шассеров ушли отдыхать, а остальные занимались… своими обычными делами. Охраняли королевскую семью. Защищали виновных. Сжигали невинных.

Однако когда я дошла до библиотеки, дверь зала совещаний распахнулась, и оттуда вышел Архиепископ. С пальцев он слизывал нечто похожее на глазурь. В другой руке он держал наполовину съеденную булочку со сливками.

Черт. Закинуть в рот кольцо Анжелики и исчезнуть я не успела – Архиепископ меня заметил. Мы оба застыли в одинаковой дурацкой позе, не донеся руки до рта, но он оправился первым и быстро спрятал булочку за спину. На носу у него осталось пятнышко глазури.

– Луиза! Что… ты здесь делаешь? – Он потряс головой при виде моего изумления, кашлянул, а затем выпрямился в полный, не слишком внушительный рост. – Это запретная территория. Вынужден попросить тебя немедленно удалиться.

– Простите, я… – Тоже тряхнув головой, я отвела взгляд, стараясь смотреть куда угодно, только не на его нос. – Я хотела взять Библию.

Он уставился на меня так, будто у меня выросли рога – что довольно иронично, учитывая мою просьбу.

– Что?"

"– Это… булочка? – Я глубоко вдохнула запах ванили и корицы и отбросила со лба прядь влажных волос. Несмотря на лихорадку, мой рот наполнился слюной. Этот запах я везде узнаю. Это был мой запах. Но Архиепископу-то он зачем? В таком мрачном, темном месте такому запаху не место.

– Достаточно дерзких вопросов. – Он нахмурился и тайком вытер пальцы о рясу. – Если ты в самом деле желаешь обзавестись Библией – в чем я сомневаюсь, – я, разумеется, тебе ее дам, если ты сию же минуту вернешься к себе. – Архиепископ неохотно оглядел мое лицо – бледную кожу, взмокший лоб, синяки под глазами, и взгляд его смягчился. – Тебе нужно лежать, Луиза. Нужно время, чтобы твое тело… – Он опять потряс головой, будто спохватившись и не понимая, что это на него нашло. Я ему даже посочувствовала. – Стой на месте, никуда не уходи.

Архиепископ протолкнулся мимо меня в библиотеку и вернулся мгновение спустя.

– Вот. – Он сунул мне в руки древний пыльный том. Корешок и обложка были перемазаны глазурью. – Обращайся с ней бережно. Это ведь Слово Божье.

Я провела ладонью по кожаному переплету, рисуя линию в слое пыли и глазури.

– Спасибо. Когда дочитаю, верну.

– В этом нет нужды. – Он снова кашлянул, хмурясь, и сцепил руки за спиной. На вид ему было так же неуютно, как и мне. – Она твоя. Это подарок, если пожелаешь.

Подарок. Это слово вызвало у меня приступ неудовольствия, и я поразилась тому, до чего странной вышла эта наша встреча. Архиепископ прячет пальцы, измазанные глазурью, я прижимаю Библию к груди…

– Ладно. Тогда я…

– Разумеется.