Разведка и Кремль. Записки нежелательного свидетеля

В 60-70-е годы он стал председателем Гостелерадио СССР, затем послом в Австралии.

Андрей Яковлевич Свердлов (1911–1969) – полковник, заместитель начальника отдела «К» (контрразведка) Главного управления МГБ СССР

Николай Михайлович Коняхин (1914–1977) – с сентября 1951 года по март 1953 года заместитель начальника Следственной части по особо важным делам МГБ СССР

Николай Николаевич Месяцев (1920–2011) – с января по март 1953 года помощник начальника Следственной части по особо важным делам МГБ СССР"

"Как писал в своей книге генерал-майор Калугин, танцовщица гастролировавшего в Австралии ансамбля пожаловалась, что ее изнасиловал в номере гостиницы советский посол. КГБ проверил ее заявление и немедленно проинформировал об этом ЦК партии. Месяцев был отозван в Советский Союз, исключен из партии и уволен из МИДа. Ныне он по-прежнему активен и в качестве чрезвычайного посла в отставке входит в правление общественной организации «За чистоту Родины».

Когда такие люди из ЦК как Коняхин и Месяцев руководили Следственной частью, иногда участвуя в допросах, вспоминает полковник в отставке писатель Ананьин, подследственных зверски избивали, помещали в камеры-карцеры со специальным охлаждением, почти постоянно держали в наручниках и кандалах, а нежелательные протоколы допросов и постановлений уничтожались.

Яков Наумович Матусов (1908–1967) – с начала Великой Отечественной войны – заместитель начальника отдела по борьбе с разведками воюющих стран 2-го Управления НКВД-МГБ. В 1946 году уволен с занимаемой должности в запас в звании полковника

Из всех арестованных «заговорщиков в МГБ» только Абакумов, Эйтингон, Питовранов и Матусов ни в чем не признали себя виновными.

Арестованные Рюминым врачи-евреи, находившиеся под следствием, обвинялись в том, что выполняли задания Абакумова.

Приписывавшиеся участникам «заговора врачей» преступления казались мне невероятными. Один из этих «террористов», профессор Александр Фельдман, лечил всю нашу семью, пользовался нашим полным доверием, и я всегда поздравлял его с праздниками и посылал ему цветы.

По сценарию Рюмина в роли связного между врачами и «заговорщиками в МГБ» должна была выступать сестра Эйтингона Соня, которая якобы поддерживала связь между учеными-медиками и братом, планировавшим убийство руководителей страны.

Об арестах публично не сообщалось, и я не сразу осознал, какие масштабы приняла эта чистка в МГБ. Серьезность угрозы я почувствовал, предприняв попытку связаться с полковником Шубняковым, заместителем начальника Главного контрразведывательного управления. Попытка оказалась безуспешной, хотя мне в тот момент срочно требовалась справка-проверка на одного важного агента.