Разведчик. Заброшенный в 43-й

– Плевать, мы свое дело сделали.

Разведчики прошли по воде сотню метров, а выбравшись на землю, заторопились к дому стрелочника. Немцы сейчас будут оцеплять районы, стараясь перехватить тех, кто напал на их грузовик. На несчастный случай не спишешь, слишком много нестыковок. Во-первых, убитый пулей водитель – его тело лежало у переднего левого колеса и вполне могло уцелеть. А на груди – входное отверстие от пули. Во-вторых, несанкционированный выход рации в эфир. Ну и, конечно, пожар – с чего машине так полыхать? Не от брошенной же сигареты… И трупы наверняка исследуют. Пули, находящиеся в телах, выпущены из двух пистолетов, значит, уже завтра будут искать именно двоих.

Игорь уже пожалел, что сказал по рации о пьяном немецком солдате на мотоцикле – надо было придумать что-нибудь другое. Но сейчас уже поздно что-либо изменить.

До дома Федора Николаевича они добрались, не столкнувшись с патрулем. Тихонечко прокравшись вдоль забора, едва слышно условным стуком постучали в окно.

Хозяин приоткрыл дверь. Петли маслицем смазаны, не скрипнули даже.

В комнате хозяин покосился на автомат на плече Игоря, на портфель в его руке.

– Ну-ну… Спать ложитесь.

Но как спать после такой передряги, если в крови адреналина полно, из сапог льется? Но и лучину зажигать не следует – могут внимание на дом обратить. Все добропорядочные граждане в это время уже седьмой сон видят.

Утром, как только хозяин ушел на работу, капитан поднялся, привел себя в порядок, уселся за стол и стал расшифровывать ночную запись.

– А как же книга с шифром? – поинтересовался Игорь.

– Как запасной вариант, у меня есть свой собственный – радист вообще не в курсе. Прошу, не мешай пока, очень интересные указания.

Михаил возился полчаса, потом позвал Игоря:

– Садись, ответ от начальника разведки фронта есть. Кое-что для меня, тебе об этом знать не надо. Но есть два момента: первый – операцию по вербовке австрийца предлагают отменить. И второй – прекратить с тобой все контакты, причины не приводят.

Игоря такое сообщение шокировало. Как это – прекратить контакты? Выходит, его подозревают? Самолет сбит, группа погибла – но при чем здесь он? Родине он не изменял, в плену не был… Неужели капитан в шифровке что-то не то написал? Себя обелить хочет, а его, Игоря, подставить? Вроде капитан на интригана, карьериста – да просто плохого человека – не похож. Попадались Игорю в армии скверные люди, стучали на сослуживцев замполитам, «особистам». А в атаке прикрывались спинами товарищей. Таких не любили, иной раз тихо ненавидели. А один раз он сам видел, как такому сослуживцу выстрелили в спину. Несколько солдат это происшествие видели, но никто не донес, как воды в рот набрали.

Игорь был растерян, фактически его отстраняют от дела.