Разведчик. Заброшенный в 43-й

 – Завтра на перевязку. Через неделю заживет.

Порученец проводил Игоря до избы, где размещался штабной взвод – охрану штаба несли, охрану пленных, пакеты секретные в подразделения доставляли.

– Занимай свободную койку, до утра немного осталось. Позавтракаешь – приходи к ПНШ, он с документами решит. А начальник штаба наградной лист оформит. Потом – в разведроту. Дивизионная разведка, брат, – это тебе не полковая, тут задания посерьезнее.

Были разговоры в разведвзводе полка, где несколько дней служил Игорь, о дивизионке. Служить в ней, конечно, почетнее, но и гибли там не меньше, чем в полковой. А спрос больше.

Ему показалось, что уснул только, а уже толкают.

– Ты, что ли, Катков? Завтракать пора, и ПНШ по разведке ждет.

Игорь быстро ополоснул лицо и вместе с ребятами взвода поел – давали перловку с американской тушенкой. Учитывая, что горячего он не ел два дня, незатейливая еда показалась вкусной. Потом направились в штаб.

Помощник начальника штаба сидел бодрый, как будто отдыхал ночью. Гладко выбрит, свежий подворотничок на гимнастерке…

Игорю неудобно стало за свой вид: маскировочный костюм в грязи, местами порван, на левом рукаве – засохшие пятна крови. И на голове – ничего, ни шлема, ни пилотки, руку в приветствии не приложишь.

Но начальник разведки внимания на непотребный вид Игоря не обратил.

– Садись, Катков. Созвонился я с твоим полком, а конкретно – с ПНШ по разведке. Подтвердили, что ты с группой в немецкий тыл уходил, и состав группы пофамильно совпал. Ох и матерщинник у вас Терехин! Как услышал, что тебя в дивизии оставляют, кричать начал. А я ему – приказ генерала.

– О твоем переводе и зачислении в личный состав разведроты. Он сразу и умолк. Идем к писарям, для начала нужно личные документы оформить.

Выписать новую красноармейскую книжку было делом пяти минут, потом надо было идти к помощнику начальника штаба по кадрам.

– Говорил мне порученец, в курсе я. Но ты коротенько о составе группы и ваших действиях – должен же я что-то писать. Знатного «языка» притащили, знаю.

Игорь коротко и четко доложил о действиях группы, о захвате «языка» и документов.

– Погоди, – время от времени останавливал его кадровик, скрипя пером, – не так быстро, не успеваю я.

Времени на это ушло много, не меньше часа, и когда Игорь освободился, он направился к начальнику разведки.

– Хирург из медсанбата сказал – неделю к вылазкам в тыл не привлекать, тебе на перевязки надо.

– Идем в разведроту. Командиру представлю, с парнями познакомишься. Обмундирование в порядок приведешь – постираешь, подштопаешь. А то как оборванец.

Разведрота, впрочем, как и медсанбат, располагалась недалеко от штаба, на расстоянии двухсот метров.