Разведчик. Заброшенный в 43-й

– Братишка, куда идем? Я от батальона отстал, выполняя специальное задание, теперь своих ищу.

О конвоировании пленных Игорь благоразумно промолчал – не самая уважаемая служба.

– Старший лейтенант Чалый.

– Так морпехов катерами третьего дня вывезли.

– Возьмите меня с собой! Все лучше, чем пехом.

– Тральщика только дождемся. Располагайся!

Игорь прошел в рулевую рубку. В ней лейтенант, вздумав искать, не увидит его.

– Пожевать ничего нет?

– Американская консервированная колбаса и хлеб. Спустись в каюту.

– Не ел ничего сегодня.

Игорь спустился по крутому трапу в крохотную каюту. Слева от трапа – моторный отсек, откуда ощутимо пахло соляркой, разогретым маслом, справа была каюта. Два рундука, стол, два крохотных иллюминатора по бортам… Но сухо и тепло.

На полке Игорь нашел несколько банок – колбаса, английский яичный порошок, прозванный на фронте «яйца Черчилля», и хлеб.

Яичный порошок быстр в приготовлении и вкусен. Если его развести водой, а еще лучше – молоком и вылить на сковородку, получается омлет.

Консервным ножом Игорь вскрыл банку консервированной колбасы, а фактически – мясного паштета, густо намазал его на добрый кусок черного хлеба и впился в него зубами. После нескольких дней скудного питания показалось вкусно. Так и умял фунтовую банку.

Прилег на койку – буквально на пару минут, а проснулся уже от боковой качки.

Приведя себя в порядок, он поднялся на мостик.

– Вздремнул немного, – признался он старшине.

– Мы уже пару часов как в море, в Клайпеду идем.

Клайпеда была в Литве, а его батальон из Кранца пошел на юг, в сторону Кенигсберга. Если его застукают в порту, могут принять за дезертира. Вот же попал!

– А ты не дрейфь! В порту военных транспортов и боевых кораблей полно, глядишь – и отыщется посудина, идущая в нужном направлении.

И здесь удача повернулась к Игорю лицом. Первым, кого он увидел на причале, сойдя с буксира, был старлей Чалый.

– Товарищ старший лейтенант! – окликнул его Игорь.

– А, Катков! Ты как здесь?

– Пленных сопровождал по приказу командования.

– В Кранц вернулся, а морпехов нет. Я на буксир, а он в Клайпеду пришел.

– Считай – повезло тебе: два батальона морской пехоты здесь, высадка десанта в Пиллау готовится. Когда – не знаю, пока это секрет. Идем во флотский экипаж, будешь в моей роте служить. Полк-то один. Из твоей роты мало кто остался, тяжко десанту пришлось.

Встрече Игорь был искренне рад. Батальон его здесь, знакомые должны быть, а говорили – в сторону Кенигсберга отправились. Только ушли туда армейские части, морпехов отвели. Для них другая операция предполагалась.

На фронте в Восточной Пруссии обстановка менялась ежедневно. В феврале наши части вышли к Хайльсбергу (южнее Кенигсберга).