Разведчик. Заброшенный в 43-й

Для уменьшения потерь наши десантники жгли дымовые шашки, не давая противнику вести прицельную стрельбу.

Бой разгорался нешуточный. Из-за быстрого ухудшения погоды и низкой облачности ни наши, ни финские самолеты уже не могли помочь своим войскам.

Услышав отдаленную стрельбу и уханье взрывов, Игорь вскочил и забрался на дерево. Ему были хорошо видны сначала наши удаляющиеся самолеты, а потом – налет финских бомбардировщиков. Все это походило на серьезные действия, а не на разведку боем, и значит, надо было пробираться туда. Финские войска подняты по тревоге и заняли боевые позиции не только в районе высадки десанта, а и по всему побережью. Придется просочиться через боевые посты, охранение, а иначе – какой из него разведчик и диверсант?

Игорь шел по лесу параллельно берегу. Мешали холмы и небольшие горки, но потом местность стала более равнинной.

Звуки боя становились все более отчетливыми.

Из опыта боевых действий еще в полковой разведке он знал, что пулеметная стрельба слышна за два-три километра, пушечные разрывы снарядов – за пять-семь километров, а канонада множества орудий – так и за десять.

Стреляли со стороны моря, с кораблей, со стороны суши, и стрельба становилась все громче и отчетливее. Иной раз слышались отдельные выстрелы.

Слева показалась автомобильная дорога. Собственно, сначала Игорь услышал звук моторов и увидел, что по гравийному грейдеру пылили грузовики с пехотой – финны перебрасывали подкрепление.

Игорь залег в кустах и начал считать. Он насчитал двадцать грузовиков, в итоге мимо него проследовал батальон. Много! Зашевелились финны, как муравьи в растревоженном муравейнике. А нечего было нападать в союзе с Германией, не буди лихо, пока оно тихо.

Дальше пробираться к месту боя стало непросто. То там, то здесь он то и дело натыкался на передвигающиеся войска – где рота, где лошадьми батарею тянут… Наткнулся на полевой госпиталь, разместившийся в больших армейских палатках – туда уже на подводах и грузовиках доставляли раненых.

Ужом Игорь проползал опасные участки, и до линии соприкосновения оставалось уже рукой подать – метров пятьсот, а то и меньше. В одном месте пришлось спрятаться в яму – мимо него проследовали два финна-снайпера. У одного на плече – наша русская трехлинейка с оптическим прицелом, у второго на груди мощный цейсовский бинокль болтается, на поясе – кобура. Ага, второй номер снайперской пары.

Снайперы в финской армии были давно, еще с зимней кампании сорокового года, и оружием нашим финны не брезговали. Если солдаты имели финский пистолет-пулемет «Суоми», офицеры – пистолет «Лахти» своего производства, то пулеметы они предпочитали наши, трофейные «ДП», и винтовки Мосина.