И в аду есть герои

– В Оружейной палате, – машинально ответил Христофан и тут же прикусил язык.

Лица наемников снова вытянулись.

Московский Кремль и прилегающие к нему набережную, Красную площадь и Александровский сад в Тайном Городе называли зоной Кадаф, и по соглашению между Великими Домами использование там магии было строжайше запрещено. Артем никогда не задумывался, из-за чего было введено это правило, но знал, что эту территорию постоянно контролировали боевые маги Великих Домов, имеющие приказ на уничтожение любого нарушителя запрета. Поэтому, для того чтобы похитить Яйцо из Оружейной палаты, можно было использовать лишь обычные воровские приспособления, и вероятность удачного исхода подобного визита в тщательно охраняемую ФСБ резиденцию президента страны была крайне невысокой.

– Христофан, – произнес Кортес после небольшой паузы, – давай сделаем выводы?

– Давай, – кивнул окончательно погрустневший приставник.

– Ты предлагаешь нам контракт, который подразумевает следующее… – Чтобы быть более понятным, наемник, перечисляя пункты, стал загибать пальцы. – Первое, надо обокрасть весьма известного и весьма уважаемого в Тайном Городе шаса и поссориться с Темным Двором.

– Да.

– Второе: надо выкрасть ценный предмет из Оружейной палаты, что, при невозможности использования магии, очень и очень непросто.

– Да, – снова подтвердил приставник.

– Третье. Надо найти последнее, шестое Этническое Яйцо, о котором никто не слышал с прошлого века, и Рунный Атлас, о котором вообще никто ничего не слышал. Я все перечислил?

– Да, – прогудел Христофан. – И за все это мы предлагаем целое состояние.

– Любой клад… – зачарованно прошептала Инга.

Кортес внимательно посмотрел на рыжую, насупился, но опять ничего не сказал и повернулся к приставнику:

– Увы, Христофан, я вынужден отказаться от твоего щедрого предложения.

– Не хочешь связываться с шасами?

– Не хочу, – признал Кортес. – Они мои друзья.

– Я могу рассчитывать на ваше молчание? – угрюмо спросил приставник.

– Разумеется. Все, что ты сказал, останется строго между нами.

Христофан кивнул, отключил оберег Темного Двора и молча поднялся из-за стола.

* * *Складской комплекс компании«ЦентрМедПереработка».Москва, Проектируемый проезд,30 июля, понедельник, 23.33Витек оторвался от тарелки и посмотрел на сокамерника.

– Васильевич, а Васильевич, ты бы покушал, а?

– Не хочу, – еле слышно пробурчал самый старый из подопытных Монастырева.

Вот уже четыре часа со времени последнего укола он неподвижно лежал на койке, уткнувшись носом в стену, не среагировав даже на выданный ужин.

– Ты ведь ничего не ел! – удивился Витек.

– А тебе бы все жрать, – разозлился третий обитатель камеры, невысокий и одутловатый Хомяк.