И в аду есть герои

Тотальное сканирование стоило очень недешево и использовалось крайне редко, в исключительных случаях, но в Темном Дворе не считали расходы «ласвегасов», и аналитики могли себе позволить легкое развлечение в качестве тренировки.

– Ну что? – Шасу надоело ждать. – Записываем прокол? Наличные у тебя с собой?

– Размечтался! – Доминга открыл глаза. – Кто-то решил скрасить вечерок и вызвал инкуба.

– Инкуба? – недоверчиво переспросил Тамир. – Кому нужны инкубы? Только энергию зря переводить!

Любвеобильные духи, временно обретающие плоть под действием несложного заклинания, пользовались большой популярностью в Средние века. В последнее время маги, как правило, предпочитали натуральных партнеров.

– Нельзя быть таким меркантильным, – покачал головой нав. – Во-первых, натурам, склонным к романтике, свойственно искать идеал, а когда таковой не находится, создание инкуба – единственно возможный выход.

– Тоже мне выход.

– Я же сказал, натурам, склонным к романтике. Тебе этого не понять. – Доминга потянулся. – А во-вторых, качественно вызванный инкуб имеет массу достоинств по сравнению с реальным любовником.

– Каких же?

– Например, он не храпит после секса, – засмеялся нав. – Просто делает свое дело и растворяется.

– Много ты понимаешь в сексе, – проворчал шас. – Нет ничего более приятного, чем всхрапнуть часок после любви. Самый сладкий сон, между прочим, эрлийцы очень рекомендуют.

– Ты лучше проверь всплеск, герой-любовник, – предложил Доминга. – И деньги заодно приготовь.

– А чего их готовить, надо сначала проверить. – Тамир постучал по клавиатуре, запуская программу обработки магического импульса, увеличил мощность сканеров и тщательно разложил полученный с Гольяновской улицы сигнал. Стоимость энергии, которая ушла у шаса на эту хитрую операцию, в восемь раз превышала стоящую на кону сумму. Получив результат, Тамир пару секунд изучал таблицу, а потом вздохнул: – Ты прав, действительно инкуб.

– Никогда не спорь с навом на деньги, – поучительно произнес Доминга, бережно пряча в бумажник полученные от шаса купюры. – Тем более с навом-предсказателем.

– Знаю я твои предсказания. – Кумар побарабанил пальцами по столешнице. – Что это за идиотка живет на Гольяновской? Не могла нормального мужика в гости позвать?

– Какая разница? – махнул рукой Доминга. – Может, удвоим ставки?

…Он был напорист и робок. Он был агрессивен и нежен. Он был неутомим. Он был таким, каким Лешенька никогда не был. Он был таким, каким Вероника хотела Лешеньку видеть. Он был ее мечтой, ожившей мечтой. Он раз за разом выводил Веронику на пик блаженства. Он вдыхал ее сладкие стоны и дарил ей свое тепло. Он целовал ее губы и шею, он целовал ее волосы и плечи, он целовал ее руки и глаза.