Небо и земля. Том 2

По пути в гостиницу Веч позвонил в генштаб родственнику по клану, рассказал вкратце суть и изложил просьбу. В генштабе умные головы, помогут, подскажут, имеет ли версия с нотным шифром право на существование.

Рухнув в кровать, подумал: не послать ли за мехрем? А потом решил: пока не убедится в ее непричастности, ничего путного из свидания не выйдет. Мехрем запросто почует неладное, начнет выспрашивать, а отнекивания Веча лишь испортят момент.

Три часа на сон, пять минут, чтобы привести себя в порядок и опять за дела. Распустить по госпиталю слух о складе оружия на станции, оставленном без охраны, для пущей правдоподобности сымитировать бурную деятельность, наметить точки для выгодного расположения наблюдательных постов, разобраться с текущими делами в гарнизоне... Тут и дня не хватит.

Поздним вечером позвонил родственник из генштаба.

- Задал ты задачку не из легких, но и мы отступать не привыкли. Наши ребята перелопатили кипу документов и кое-что нашли. В каталоге книг главной амодарской библиотеки значится атлас малых городов Амодара с вклейками карт, и - тебе это будет интересно - атлас был отпечатан в ограниченном количестве при поддержке Ривала, довоенное издание. В амодарской библиотеке в наличии один экземпляр.

- Нашли атлас? - спросил Веч, сдерживая нетерпение.

- Ищут. Основную часть книг, имевших маломальскую ценность, вывезли в Доугэнну, часть макулатурного шлака сожгли, часть свалили в подвальных помещениях.

- Надо бы найти. С меня должок, - пообещал Веч. - И с небесных тоже.

А Краму сказал:

- Молись Триединому, чтобы книжонка отыскалась. Половина генштаба перерывает для тебя амодарскую столицу."

"Какие молитвы? Похоже, Краму воткнули шило в одно место. Будь его воля, хоть сейчас бы рванул на попутках, чтобы рыться в горах макулатуры. Крам вообще нездорово помешался на разгадке нотного шифра и рисовал деревья на салфетках, на старых амодарских газетах, на обрезках картона. Как-то поделился:

- Слушай, ведь я, оказывается, видел нечто подобное, но не придал значения. А сегодня специально сходил, убедился. В клубе висит картина - дерево, в листве которого запутались ноты. Амодарская стилизация. Называется ""Природа нам подпевает"". Так амодары прививали своим детям любовь к прекрасному. Странные представления у них о прекрасном, согласись?

Он постоянно находился в состоянии нервного возбуждения.

- Почему ты не сразу сказал, что ривальские ноты записываются по кругу? - накинулся как-то на Веча. - Из-за тебя тянемся соплёй, не можем разгадать простую загадку.

- Это из-за меня-то?! - изумился тот. - Я все-таки не энциклопедия. Малой был, не придал значения. Я ж не знал, что когда-нибудь тебе приспичит. И тому радуйся, что вспомнил.