И только сердце знает

 — Очевидно, дам представляли по их положению в замке”, — Хилари и Флоретт — вдовствующие дамы, — продолжала та, что взяла на себя обязанность представить ему прекрасных обитательниц Клайдона. — Их мужья, вассалы Клайдона, погибли в Священной Земле, так же как и мой отец.

Подобное замечание требовало от Ранульфа какого-либо ответа, зато теперь, он наверняка знал, к кому из присутствующих здесь женщин ему нужно обращаться в первую очередь. Хилари была крупной женщиной лет двадцати пяти, а Флоретт — очаровательной блондинкой с голубыми глазами, застенчиво смотревшими на рыцаря.

— Я сожалею о ваших недавних потерях, — сказал Ранульф, обратившись к двум женщинам, однако в ответ не получил ничего, кроме робких улыбок.

— А это, — представила Рейна оставшихся двух девочек, настолько испуганных видом Ранульфа, что они едва могли вымолвить хоть слово, — Сесилия и Элеонора. Их отцы также отправились в составе отряда моего отца, и теперь все мы надеемся на их благополучное возвращение домой вместе с лордом Гаем.

— Это настоящая честь для меня — познакомиться со столь очаровательными особами, — произнес Ранульф, приветствуя собравшихся легким кивком головы.

И теперь, когда эта чертова церемония была позади, Ранульф не собирался строить из себя вежливого кавалера. Он решительно повернулся к леди Рейне, намереваясь предложить ей переговорить где-нибудь наедине в укромном месте, где он мог дать наконец выход своим бушевавшим чувствам.

Однако она заговорила первой. Положив свою маленькую ручку на его ручищу и приблизившись к нему вплотную, Рейна полушепотом мягко сказала:

— Сэр Ранульф! Будьте так любезны пройти со мной. Мне бы хотелось поговорить с вами с глазу на глаз, прежде чем мы приступим к обеду."

"Несмотря на всю любезность, все же это был приказ, однако это вполне устраивало Ранульфа, ибо сам он намеревался просить ее о том же, хотя, возможно, и не в таких любезных выражениях. Тем не менее ему совсем не нравилось то, что эта женщина пытается им командовать. Тем временем Рейна, которая решила не дожидаться его ответа, ибо была уверена, что он не откажет, отошла от компании молодых людей, при этом ее ручка не просто покоилась на его руке, но недвусмысленно сжимала ее, как будто давая понять, что он должен следовать за ней. Можно было подумать, что она потащит его за собой, даже если он откажется идти. Однако Ранульф не стал сопротивляться, поскольку ему самому страстно хотелось поговорить с ней наедине.

Рейна подвела его к узкому окну в другой части зала, рядом с которым в стене находилось небольшое углубление. Ранульф увидел две расположенные друг против друга скамейки, ярко освещенные полуденным светом.