И только сердце знает

— Вы что, с ума сошли? — Она вопросительно посмотрела на него, краснея от одной лишь мысли о том, какое замешательство он, должно быть, испытывает. Она мгновенно представила, как из ниоткуда появляется десяток слуг, которые собственными глазами увидят, что муж ее напрочь лишен каких-либо признаков скромности. — Господи милостивый, вы же обнажены!

— Предел моему терпению наступил, леди! — прогремел он в ответ. — Вас ожидает неминуемое наказание, которое вы, впрочем, уже давно заслужили.

— Возможно, вы хоть сперва оденетесь?

Рейна тут же пожалела о проявленной дерзости. Если кто-то и был сумасшедшим, то именно она, раз так долго смела испытывать его терпение. Она гадала, потащит ли он ее в спальню для этой экзекуции или прямо на лестнице положит поперек колен. Да, обвинять его в чем-либо после подобного замечания она просто не имела права.

Однако он не стал делать ни того, ни другого, ибо не забыл еще, что явилось основной причиной, вызвавшей его гнев.

— Немедленно вы возвратитесь в зал, леди, и возьмете назад свое приглашение.

Рейна тяжело вздохнула. И почему только он такой упрямый? Ел ответ, единственно возможный в данной ситуации, должен был рассердить Ранульфа еще больше, и на этот раз основной причиной раздражения суждено было стать именно ей.

— Я не могу сделать это, милорд.

— Не можете?! Я не прошу вас, женщина. Я приказываю.

— Я знаю. — Она вся съежилась от страха. — И хотела бы повиноваться вам, но как я могу? Теперь это касается не только того, что произошло между вами и вашим отцом. Я неверно поступила, пригласив его, не спросив сначала вашего разрешения, но я все же сделала это. И как ваша жена я говорю не только от своего имени, но и от вашего, когда вас нет рядом со мной. Если вы приказываете мне выставить этого человека, то тем самым вы позорите и сам Клайдон. Неужели это именно то, что я должна сделать, следуя вашему приказу?

Долго и пристально смотрел на нее Ранульф, но наконец все же произнес:

— Накормите его, но я хочу, чтобы после этого он немедленно покинул замок.

Господи! Слава тебе! В конце концов он оказался уж и не таким несгибаемым."

"— Конечно, милорд. А могу ли я сказать ему…

— Леди Рейна? — донесся снизу голос Флоретт. Рейна отчаянно посмотрела на Ранульфа и, вспыхнув до кончиков волос, прошипела:

— Уйдите же!

— Мы еще не закончили, — упрямо сказал он.

— Но… Ранульф, ты же обнажен!

— И что?!

— Леди Рейна? — Голова Флоретт показалась из-за изгиба лестницы. — Госпожа Хилари хотела бы знать…

— Не сейчас, — процедила Рейна, уставившись на женщину м стараясь прикрыть своей юбкой обнаженное тело супруга, хотя и понимала, что эта ее попытка спрятать от чужого взгляда столь мощные члены своего мужа неизбежно провалилась.