И тогда он зачистил город

А значит, цель у тех, кто бил, была изувечить парня, сделать инвалидом, а не убить. Хотя я бы не стал утверждать, что твой бармен выживет. Он сейчас в реанимации. Подожди…

Заведующий отделением снял трубку телефона:

– Алло! Игорь Алексеевич? Серегин говорит! Нет, к таджику я отношения не имею, меня интересует состояние Вячеслава Леонидова. Да? Ясно! Милиция? Ну это их работа. Понял тебя, спасибо!

Закончив разговор, Сергеев взглянул на Тимохина:

– Состояние Леонидова критическое. Готовится операция. Результат предсказать невозможно.

– Понятно! А к какому таджику ты не имеешь отношения?

– Да на рынке одного торговца порезали. Таджика. Так вот я его не осматривал, другой врач занимался гостем из бывшей союзной республики.

– Значит, Леонидов может умереть?

– Может, Саня! А за что его так?

– За то, что работал у меня!

Заведующий отделением удивился:

– Не понял!

– А что тут понимать? Да и не надо тебе это!

– У тебя серьезные проблемы?

– Да! Если что, могу рассчитывать на твою помощь? Естественно, медицинскую, вне больницы и без афиширования?

– Конечно, можешь, хотя это является нарушением закона.

– Юра?! О каких законах ты говоришь? В стране, вставшей с ног на голову?

– Ты прав!

Серегин достал из накладного кармана визитку:

– Держи! Звони, коль понадоблюсь. Да и просто так звони, всегда рад буду пообщаться с тобой! А лучше увидеться. В другой, желательно, обстановке.

– Возможно, и увидимся. А визитку оставь при себе, я запомнил номера. И домашний, и служебный. Свой не даю! Мне звонить не надо. Извини, обстоятельства. Одна просьба, ты тут приглядывай за Леонидовым. Договорились?"

"– Какой разговор, Саня!

– Ну, ладно, Юра, пойду я! Дел много! Будет лучше, если никто не узнает, что мы с тобой знакомы, и то, что встречались в больнице.

– Да! Ты, видимо, заимел очень крупные неприятности, если говоришь подобное!

– Ничего, как говорится, прорвемся! Спасибо тебе, не провожай, выход найду!

– Давай, Сань. Звони!

Возвращаясь на стоянку у дома, он убедился, что на этом этапе за ним не следили. Не заметил он слежки и за домом. Помешала этому задумчивость майора, который не стал подстраховываться и не провел вторично обхода территории, ибо спешил домой. А за ним и его квартирой внимательно наблюдал один из охранников Мирзы, молодой неглупый парень, носящий в банде погоняло Пломба. Он оставил «Ниву» в соседнем переулке, сам же, пройдя за Тимохиным от стоянки до двора, устроился в скверике, откуда ему хорошо были видны и окна квартиры Тимохиных, и двери всех подъездов пятиэтажного здания. А Пломба, одетый в легкий спортивный костюм и домашние тапочки, не привлекал к себе внимания. Жильцов в трех домах, образующих двор, сменилось много, и бандит вполне мог сойти за одного из них.

Тимохин открыл квартиру своим ключом.