И тогда он зачистил город

Ты понял меня, Багор?

– Понял! Но если пост общего наблюдения будет сменным, то как я один смогу все время пасти майора?

– А тебе и не надо постоянно находиться у дома Тимохина. Как только он выйдет из хаты, тебе об этом сообщат твои наблюдатели. Вот тогда и включишься в дело, тем более живешь недалеко от отставника.

Багров кивнул:

– Ясно! Один вопрос! А чем будет заниматься Хромой?

– Он засветился перед майором, поэтому использовать его в качестве контролера мы не можем. Его время наступит позже!

– Хоп, Мирза, я все понял!

– А понял, иди, надеюсь, ты не распустил свою бригаду?

– Нет. Все во дворе!

– Им находиться в гостевом доме и в готовности к действиям. Пусть предупредят родных, хотя… до утра отпусти их по домам.

– Я все понял!

Багров покинул кабинет.

Мирза вызвал секретаршу.

Та вошла с опаской, глядя на любовника. Она испытала на себе последствия взрывов ярости главаря бандитов и не хотела бы вновь стать средством для снятия стресса у Левоева. Но ее желания ни на йоту не волновали бандита.

Он взглянул на секретаршу:

– Подойди к бару, поставь на столик бутылку сухого вина и бокалы!

– Хорошо!

Девица выдавила из себя улыбку:

– Немножко развлечемся?

– Развлечемся. Но меньше говори, больше делай.

Ожидая выполнения требования, Левоев присел в кресло.

Дина выставила на стол вино и бокалы.

Вино в бокалы бандит налил сам, наполнив их до краев. Взял один из них. В три глотка опорожнил бокал. Взглянул на любовницу:

– Чего стоишь? Пей!

Дина выпила вино. После чего Левоев приказал:

– Раздевайся! Догола!

Любовница, понимая, что подвергнется насилию, продолжая улыбаться, попыталась избежать дикой случки:

– Дорогой, может, не сейчас?! Вечером! Поедем ко мне! А там…

Левоев рявкнул:

– Я сказал, раздевайся! Что тебе не понятно? Или мне помочь тебе?

– Нет, нет, не надо. Я сама.

Секретарша сбросила юбку, трусики, майку. Осталась в одних туфлях, снять которые запретил Мирза.

Он также поднялся, обнажился, бросив одежду в кресло. Подошел к Дине и схватил за высокие упругие груди. Сжал их так, что посинели соски. Дина вскрикнула.

Левоев резко рванул за груди вниз, заставив любовницу пасть на колени.

Позже, выпроваживая секретаршу, он заявил:

– Завтра с утра чтобы явилась в полном порядке и строгом костюме. Можешь даже очки для форсу надеть. А сейчас пошла вон!

Дина, обиженная, оскорбленная, изнасилованная и все же желающая остаться при бандитах и деньгах, которые ей отстегивает жестокий любовник, забрав доллары, ушла.

Левоев оделся. Случка с Диной, жесткая, звериная, развратная вкупе с выпитым вином, отвлекла Мирзу от проблем с Тимохиным. Бандит был уверен, что в самое ближайшее время он не только заполучит кафе, но и накажет этого заносчивого офицера.