S-T-I-K-S.Шустряк.Рефугиум

Вновь выйдя из призрачного состояния, дал очередь и по тем, кто сгруппировался, и по тем, кто ещё лишь был на подходе и вот тут-то меня заметили.

Снова став призраком, я ощутил как сквозь мой силуэт пронеслось несколько быстрых объектов, а дерево, служившее мне укрытием, взорвалось множественными осколками щепы. Пригнулся и переместился к следующему, его ствол меня закрывал полностью, так что, воспользовавшись оказией, высунул руку и дал в их сторону не прицельно, до конца обоймы очередь. Я не надеялся в кого-либо попасть, я ещё буквально в паре десятков метров от своих напарников, а моя главная задача - увести преследователей в сторону, так что злил я их как мог.

По задумке я хотел, ещё несколько раз проявившись из укрытий, пострелять по толпе наступавших даже не прицельно, но, увы, из-за плотности огня обнаруживатся было опасно, и я уже почти планировал изобразить бегство, когда вдруг что-то оборвалось. Так и не сдвинувшись с места, успев сделать лишь один шаг в сторону следующего укрытия, замер, начав ощущать почти непрерывный поток пуль, проходивших через мой силуэт, но то, что произошло никак не касалось меня.

Внутри, как уже бывало ранее, начал зарождаться холодный столб льда, опоясывавший позвоночник, и этот едва не сковывавший ледяной пласт медленно расползался по всем моему телу. За прошедшее мгновенье я не успел осознать происходящее, но, словно повинуясь какому-то инстинкту, развернулся и увидел то, что я так много раз видел ранее.

Рваные клочья белёсого купола, будто останки лопнувшего шарика, ещё удерживая сферическую форму, медленно истаивая, опадали вниз. Осознание того, что я вижу, пронзило мой мозг, и я дёрнулся, чтобы повернуться ещё дальше, чтобы увидеть своих напарников, чтобы увидеть Ясю, и в этот момент словно попал в патоку.

Я продолжал поворачивать тело и голову, взгляд медленно выхватил уже проявившуюся Ки, что, прижимаясь к невысокому краю лощинки, высматривала что-то вдали. Сарыча, стоявшего на одном колене, с повёрнутой в другую сторону головой, Зуун, почему-то подымавшуюся во весь рост, и, наконец, Ясю. Точнее уже не её, а её тело, ведь я отчётливо видел, что у сидевшей на корточках подруги отсутствовала большая часть головы, а её остатки ещё не до конца расплескавшись сбоку, оседали на землю.

Патока вдруг стала твердеть ещё быстрее, заставляя меня практически замереть, наблюдая за развернувшейся сценой, а лёд из позвоночника хлынул куда-то вверх, затапливая мой разум, и вдруг мир словно моргнул, разделившись на две части. Первая замерла там, где я был “до”, отчего попытался сфокусироваться на своих дарах, предполагая, что это очередная, как выражался Шутер, недокументированная особенность, но нет.