Белочка во сне и наяву

Шлыков от радости преподнес церкви, куда ходил молиться к иконе «Неупиваемая чаша», дорогой презент – купил местному священнику праздничную ризу. Вот только зря любимый живописец советской политической элиты ликовал. Зоя просто сменила одну зависимость на другую. Вскоре Елизарий понял: да, супруга теперь не дружит с бутылкой, она увлеклась таблетками.

Глава 14

Последующие годы были посвящены борьбе с наркотиками. Шлыков, успешный модный живописец, имел возможность лечить жену в любой заграничной клинике. Зоя летала в Америку, Швейцарию, Германию, проходила курс реабилитации, возвращалась в Москву, некоторое время не прикасалась к стимуляторам, но потом опять садилась на наркотики, и все начиналось заново. Так длилось не один год. В конце концов Елизарий сдался. Он завел любовницу Фаину, поселил ее в своем доме, но открыто с ней нигде не появлялся, а если кто-то из приятелей заглядывал к художнику в гости, представлял Фаю своей дальней родственницей, которая помогает вести хозяйство. Да только все поняли, что молодая женщина – гражданская жена живописца, и удивлялись: неужели той приятно обитать под одной крышей с Зоей, которая стала почти сумасшедшей.

Спустя пять лет Фаина родила дочь. На крестины сбежалась куча народа – всем хотелось посмотреть, как же поведет себя Елизарий. Представляете оторопь заклятых друзей художника, когда в соборе они увидели мать с новорожденной, Игоря, самого Шлыкова и… Зою в светлом платье. Законная супруга казалась совершенно нормальной, вела себя адекватно, здраво беседовала с участниками церемонии и, что окончательно ввергло присутствующих в изумление, стала крестной матерью малышки.

Пока священник вопрошал, отрекается ли новорожденная от дьявола, а Зоя старательно повторяла за нее: «Отрекаюсь», – народ перешептывался.

На банкете самозабвенная сплетница Галина Михайловна Андреева с гадкой улыбкой на старческих, намазанных ярко-фиолетовой помадой губах спросила у законной жены:

– Зоенька, ты в курсе, кто отец очаровательной малышки, дочки… э… дальней родственницы твоего мужа?

Шлыкова без особых эмоций ответила:

– Какой-то гастарбайтер, то ли таджик, то ли украинец. Прости, Галя, мне подробности неинтересны, без разницы, с кем бедная приживалка спит.

Раздался звон – Фаина, обносившая гостей холодцом и совершенно точно слышавшая слова Зои, уронила фарфоровое блюдо с закуской.

Когда незаконнорожденной очаровательной Варечке исполнился годик, случилась трагедия. Фаина пригласила помыть окна в доме молодую семейную пару. Зоя в тот период находилась в очередном наркотическом угаре, лежала в своей спальне на третьем этаже, а утром ей предстояло улететь в Швейцарию на реабилитацию.

Естественно, мойщикам докладывать о состоянии хозяйки не стали.