И с привкусом соли на губах

Оставив мои губы, теперь он принимается за пульсирующую жилку на шее, шумно дыша и оглушая меня своим колотящимся сердцебиением.

* * *Лиана

«Выронит или нет?» — стучит в висках, ведь снова я прижата к хрупкому оконному стеклу. А вдруг сейчас оно треснет и я упаду? Точно не поймает, а я не выживу второй раз…

— Отпусти! — вскрикиваю я, вытолкнув его наглый язык, что точно кляпом закрывал мои губы.

— Конечно, может не мое дело, — вдруг басисто раздается близко, — но девушке явно не нравится твое поведение, Полянский.

Зверь отпускает меня. Осторожно ссаживает с подоконника и только тогда я могу взглянуть на своего внезапного защитника. Македов смотрит на меня сочувствующе, а потом переводит полный ненависти взгляд на Зверя. Ладони его при этом быстро собираются в огромных размеров кулаки.

— Всё в порядке, — так же зло отвечает ему Полянский.

— Точно? — возвращается защитник взглядом ко мне.

Я киваю. А что я могу сделать иначе? Сказать, что боюсь отца своей дочери до одури? Или поведать ему как была растерзана и сломлена им несколько лет назад? Или о шантаже? Ничего подобно мне делать нельзя, а посему, помог сейчас, остановил Зверя, и это всё, из того чем можно мне помочь в этой ситуации.

Накалившуюся атмосферу как всегда разрежает вбежавшая Вероника:

— Мам! Пап! Я тут все посмотлела! Идемте на голки!!!

* * *Лиана

Смотрю на играющих отца и дочь, кутаясь на морозе все сильнее. Невольно сравниваю Андрея и Артема. Первый никогда так не играл с Вероникой. Гуляла с ней по площадкам и паркам я сама. И дома тоже была с ней постоянно. Теперь же Вероника получила наконец заботливого отца. Надолго ли? Как скоро ему надоест роль папы, и он перестанет обращать на нее внимание?

Но пока он заботливо ловит ее с собственноручно расчищенной от снега горки, а она визжит от удовольствия, раскрасневшаяся от мороза.

— Вы не выглядите очень довольной приобретением дома, — раздается совсем рядом тот самый знакомый голос.

Александр подходит ко мне, убирая могучие кулаки в карманы тяжелой кожаной куртки на меху.

— Он делает вам плохо?

Внимательно оглядываю мужчину. Что еще за альтруист выискался?

— Не люблю, когда при мне обижают беззащитных девушек. — объясняет Македов, не отрывая от меня взгляда. — Вы его жена?

— Нет! — поспешно отрекаюсь я от Зверя.

— У вас ребенок… — замечает мужчина.

— Я просто мать его дочери. Не больше.

— Похоже он не прочь, чтобы вы были «больше» чем просто мать его дочери. — фраза у Александра выходит немного с сарказмом.

— Мало ли. — пожимаю я плечами.

— Александр. — протягивает он мне вытащенную из кармана ладонь.

- Лиана… — едва прикасаюсь к широченной теплой мужской ладони.

Македов едва заметно вздрагивает при контакте наших пальцев.