И с привкусом соли на губах

Он совершенно не слышит меня! А если я просто сломаюсь под ним? Не вынесу его напора, его неистовства? У меня ребенок, я должна быть сильной ради нее! Если бы не Вероника, я давно бы сбежала от этого урода, куда глаза глядят! Но куда я пойду с ребенком?! На вокзал? Или на морозе мерзнуть? Хоть бы тепло было, но на улице минус, и кто я такая, чтобы рисковать здоровьем дочери?

И всё же сижу на кровати, обхватив себя за плечи. Никак не могу взять себя в руки и заставить переодеться. Я не его шлюха, и не его игрушка, чтобы заставлять меня так унижаться! Даже если сейчас он не рассматривает меня как живого, равного в правах партнера, я не рабыня ему. Пусть силой берет. Я даже сопротивляться не буду, но хуже бревна, даже обломка камня в его постели не будет!

Щелкает замок двери. Из ванной комнаты, обернутый лишь полотенцем на косых мышцах Зверь показывается из ванной. Могучий, покрытый черными короткими волосками, благоухающий. Если не знать, какой он на самом деле, от него можно запросто потерять голову. У него крупное красивое накаченное тело, аккуратная борода и стрижка. Пахнет после душа он тоже великолепно. Но представить его, занимающегося со мной любовью, я не могу. Хуже того, не хочу!

— Ты теперь будешь во всем мне перечить? — смотрит прямо, глаза в глаза.

— Это — белье для шлюхи. И оно мне не нравится.

— Зато оно нравится мне!

— Ты даже не смотрел в коробки!

— Я доверяю вкусу Марго — скрещивает он руки на мускулистой груди.

— Это вообще не нормально, что твоя секретарша покупает мне одежду для определенных целей! — выпаливаю я."

"— А что тут такого?! — прищуривается, ухмыляясь Зверь, — Кажется, я понял что! Ты ревнуешь меня, моя маленькая ревнивица!

— Еще чего! — вздергиваю я нос, — Ревнуют, если испытывают что-то. Я же испытываю только одно чувство. Страха. Но никак не ревности.

— Обманываешь! — продолжает лыбиться Зверь. — Саму себя обманываешь, и меня заодно.

— Артем, мне неприятно, что твоя секретарша покупает наряд шлюхи для меня, это унижает мое человеческое женское достоинство. Вот и все. Никаких чувств, а уж тем более ревности нет и быть не может.

— А надела, если бы выбрала сама? — Артем идет к коробкам, убирая крышки. Внимательно рассматривает бельишко.

Задумываюсь, но лишь на мгновение.

— Нет!

— Ох и упрямая! Тогда какая разница, кто купил тряпки! Вот это надень! Красное! Протягивает он мне комплектик.

Я раздумываю, но ничего умнее чем поставить ему условие не приходит на ум:

— Я надену ЭТО. Но ты не тронешь меня и отпустишь обратно к Веронике.

Артем усмехается, но увидев испуг и отчаяние в моих глазах быстро гасит улыбку.

— Хорошо. Этого на сегодня будет достаточно. Надень комплект, покрасуйся передо мной и можешь переодеться.

— У меня шрамы… — сразу предупреждаю его.