Академия магии. Притяжение воды и пламени. Часть 2

Из-за того, что места для студентов раскинулись между высоких стеллажей, голоса не звучали так громко. Да и, думаю, артефакты в мозаичном полу тоже глушили шум.

Я перелистнула страницу книги и оставила пометку в тетради. Мне предстояло сделать доклад о маге древности на целых тридцать листов, написанных собственной рукой. И пока это задание крайне меня пугало — я не знала, с какой стороны подступиться.

— Тебе правда тоже надо здесь сидеть? — спросила я, невзначай рассматривая Александра — его волосы слегка отросли, так что длинная челка косо падала на лоб, и при этом он совсем не выглядел неопрятно, напротив.

Огневик вновь начал посещать занятия в академии — по крайней мере теперь он взял привычку не только провожать меня по вечерам, но и встречать днем.

— Почему же нет? — поинтересовался он, отрываясь от старинного фолианта, на обложке которого вместо привычных букв красовалось тиснение каких-то знаков с множеством завитушек.

— Ты, кажется, пропустил очень много занятий в последние недели. Разве потом не будет проблем? — продолжила я, понимая, что все это время лишь искала повод заговорить с ним.

Розенталь поднял взгляд, закрывая книгу. Посмотрел внимательно.

— Что ты хочешь этим сказать? — сказал он. Его глаза оттенка крепкого чая в рассеянных солнечных лучах, казалось, видели меня насквозь.

Я замялась.

— Беспокоюсь, как бы ты не провалил итоговые испытания.

Он улыбнулся.

— Ты не беспокоишься.

— Беспокоюсь.

— Значит, ты готова даже поспорить на то, что не врешь? Мы могли бы заключить пари… — проговорил он, а я поморщилась, со вздохом отклоняясь на спинку и отводя взор. Вновь с легкой досадой посмотрела на него.

Бесполезно… Я и правда не могу ему врать.

— Чем вы сейчас занимаетесь? — посерьезнев, в лоб спросила я. — Как обстоит дело с камнями и что вообще происходит? И мне не показалось, что Димитар тоже теперь имеет к этому отношение?

Вопросы посыпались градом. Слишком много я об этом думала. Видимо, я совершенно неисправима, если все же не смогла удержаться в стороне.

Лишь сказав, я осознала, насколько требовательно прозвучал мой голос. Будто устроила допрос.

Розенталь неожиданно протянул руку и с какой-то непередаваемой нежностью и заботой взял мою ладонь. Сжал всего на мгновение, и одновременно с этим его грудная клетка взметнулась чуть выше от глубокого вдоха, а огненная магия всколыхнулась в моем теле.

— Всего один вопрос, Ева… Ответь мне на него, — обманчиво тихо протянул он. — Зачем?

Во рту пересохло. Даже такая близость сводила меня с ума. Эти две недели стали совсем не такими, как те месяцы, когда мы были порознь. Теперь мы рядом, видим друг друга, чувствуем, но практически не касаемся.

Думаю, Розенталь пытался исправить то недопонимание, что возникло между нами.