Анжелика и принц

Снаружи у вас есть как друзья, так и враги, и я не возьмусь судить - кого сейчас больше. Анри, соберись, мне нужны будут все сведения о том, кто пакостит в твоих владениях. Где и когда. И что именно уже случилось. Но - чуть позже, а пока слушайте.

Вступление не предвещало ничего хорошего. Ли начинал так говорить только в том случае, если где-то на горизонте маячили казни египетские. И намекал, что если слушать его, то их удастся избежать. Может быть. Как говорит дурная девка Анжелика - это не точно.

- У нас с вами имеются две внезапных странных смерти - смерть графа Безье, который не успел благословить свою дочь на счастливое замужество, и смерть его дочери. Я начал со второго случая - потому что он имел место здесь. Унылое дело - восстанавливать меню помолвочного пира и логику передвижений слуг, но если хотите - я расскажу вам, кто и что делал в протяжении всего вечера. Кто хватался за какие тарелки, и почему это не удивляло госпожу покойницу.

- Она ж, поди, и не знала, как тут всё заведено, вот и не удивлялась, - влезла дурная девка Анжелика.

- Именно так, - Ли даже поклонился в её сторону. - Ей, возможно, даже было приятно увидеть рядом с собой, за своим стулом, знакомое лицо - остальные-то были ей незнакомы. И уж конечно, у неё не было причин отнестись к знакомому человеку с недоверием.

- Знакомый человек? - нахмурился Анри. - Знакомый ей?

- Именно. Один из тех, кто сопровождал госпожу сюда из отцовского замка, и через три дня после пира отправился обратно.

- Через три дня - это когда Анжелика де Безье занемогла?

- Совершенно верно. Он убедился, что отрава подействовала, и пустился в обратный путь

- вероятно, отчитаться в том, что сделал. Кстати, если судить по признакам, которые описали госпожа Антуанетта, госпожа Жакетта и Мари - похоже на дулью, но в очень слабой концентрации. Едва-едва.

- Дулья? - не удержался Жан-Филипп. - Откуда - это раз, и отчего не насмерть сразу же -это два?

- Откуда - отдельный вопрос, вернёмся к нему позже. А почему не насмерть - помнишь старого Джузеппе и его сказочки?

Ещё бы Жану-Филиппу не помнить, конечно, помнит.

- Он рассказывал тебе про дулью?"

"- И мне, и всем, кто был готов слушать. Как он едва концы не отдал после прогулки в чьём-то там саду и любования прелестями чьей-то супруги. Но отравитель был неопытным и недотравил, а у него был, вероятно, лужёный желудок. Старого Джузеппе спас его милость Фалько, они обсудили яд и пришли к выводу, что оно и было, просто -недостаточно. Но юная дева - это не старый Джузеппе, лужёному желудку у неё взяться неоткуда. Правда, это позволит нам с лёгким сердцем списать все необъяснимые изменения в госпоже Анжелике на влияние яда. После дульи можно было вовсе умом тронуться, а не только пробудить в себе магические способности и научиться говорить, как капитан наёмников.