Кровь и пламя

Никогда…

Отступление третьеВечно темный и торжественно тихий подземный храм на этот раз был наполнен светом факелов и шумом.

С протяжным воем, преисполненным ненависти, по залу металась высокая худощавая фигура Первого, сжимающего в руках обрывок дорогой бумаги, испещренный небрежным вычурным почерком.

«Долгие века моему роду мог указывать лишь единственный дворянский род — тот, в чьих венах текла густая кровь Ван Санти. Так было при давно опостылевшем нам свете Создателя. Так будет и в сумраке от величественной тени самого Темного. Не только ты служишь во благо ЕМУ. Не только твоим словам ОН внемлет. Не только тебе видна огромная мрачная тень, медленно закрывающая солнечный свет. Ты слишком много спал, ничтожный пророк. Ты проспал целую вечность. А я лорд! Лорд Ван Ферсис! А не деревянная фигурка на твоей игровой доске! И помни — иногда фигура на игровой доске может не только оставить мелкую занозу в пальце — иногда она может с корнем вырвать руку игрока! А если уж фигуру принца Тариса Ван Санти ты самодовольно решил пустить в размен… будь готов к тому, что вскоре твоя игровая доска разлетится на мелкие куски, учитель! Не тебе решать мою судьбу. Не тебе направлять мои поступки. И не тебе знать цену моему слову, что я однажды дал самому Тарису Ван Санти! Слово лорда Ван Ферсис нерушимо, так есть и так будет, до тех пор, пока последний из Ферсисов не покинет бренный мир. Прощай, древний первожрец. Когда мы встретимся в следующий раз, я буду достаточно силен, чтобы вырвать твое слишком старое сердце из груди».

— До-о-огна-а-ать! — дикий рев звенел в подземных коридорах, заставлял прячущиеся в густой тени фигуры боязливо ежиться. Зажившийся на этом свете Раатхи был в диком гневе.

Второе предательство! Второе! Сначала Риз Мертвящий… а теперь и лорд Ван Ферсис…

Нет! Это уже третье предательство!

В самом дальнем зале, на возвышении в центре еще не остыли лужи крови, с момента ритуала прошло всего несколько часов. И вместе с осмелившимся ослушаться лордом ушел и вернувшийся в мир Квинтес Ван Лорк!"

"— Уу-у-у-о-о-о-о… — бешеный вопль эхом отразился от темных стен и сквозь редкие отдушины и колодцы вырвался наверх, на темные улицы ночного города. Запоздавший домой пьянчужка вздрогнул и, враз протрезвев, заспешил прочь, всем своим пропитым нутром почувствовав страшную опасность.

Упав на колени, Раатхи в беспомощной ярости ударил обеими ладонями о залитый кровью пол. И два стоявших в шаге от него ниргала одновременно рухнули, вмиг лишившись жизни. Гулкий звон массивных доспехов об окровавленный пол заставил жреца очнуться, длинные ногти заскребли по камню, пальцы с хрустом сжались в кулаки.

— Я расщеплю ваши души… — прохрипел Раатхи.