Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

Тля! Противно же…

Но почему тогда не отпускает? Что хорошего может быть в том, чтобы разрешить мужской особи целовать себя? Ну ладно еще, позволить облобызать ступни, как признак преданности… можно даже ""пожертвовать"" кистями… тоже еще ничего ужасного — кошки же облизывают кормящую их руку хозяйки в благодарность за еду… Но самой целовать?!

Еще бы мужчине не сходить с ума от такой нечаянной радости! Хотя, нет… В фильме-то получалось, что герой воспринимал это как должное… кошмар…"

"Как можно целовать зверьков? Баловство какое… А уж про то, что брать их гениталии в рот… да вообще-то просто дотрагиваться губами до членов, которые побывали неизвестно в скольких задницах… ужас какой… отвратительно! Хотя… там, в фильме, мужчина, кажется, не практиковал однополые отношения с себе подобными, запрыгивая, как дикарь, исключительно на женщин… И в его поведении, в его движениях, в его эмоциях, отражавшихся на лице и передающих наслаждение и алчное вожделение, было столько необузданности, какой-то первобытной дикости, что это просто завораживало, возмущало, аж до легкого подташнивания, и все равно возбуждало, что ли…

Кэйт бросало то в жар, то в холод, она то приоткрывала окошко, подставляя пылающее лицо легкому сквознячку, то закутывалась плотнее в легкий плащ, казалось, что ее просто лихорадит, словно от простуды… только вот узнать бы от чего так?

Все ее существо противилось тому, что происходило на широкой панели плоского экрана, а ведь ей приходилось делать вид, что ее все это не шокирует, чтобы не обидеть Айрин своей невежливостью, или невежеством — вроде как подруга ""приобщила"" ее к культуре инопланетников, привезя эти кинокартины явно не Венговской индустрии кинематографа, а она не ценит. Кажется, Айрин решила, что это такой особый акт доверия между ними, до которого они смогли дойти. Вот Кэйт и старалась соблюдать законы гостеприимного дома. Понятно, что подобный фильм не покажешь на вечеринке — не поймет никто из госпожей, и вряд ли оценят смелый вызов обществу. Скорее, осудят за распространение подобной пропаганды, сбивающей с толку.

Правда, девушка не могла понять, почему Айрин позволила себе подобный просмотр в присутствии своих гаремных мальчиков? Все ее приближенные, за исключением Сайни, как всегда, пропадающего где-то по своим садовым делам, сидели у ее ног. Даже не у ног — Лей был в кресле, и когда Кэйт пришла, и один из мальков Дома Вайнгорт, без доклада своей госпоже, привел ее прямо к Айрин в комнату, парни слегка смутились. Лейхо быстро соскользнул с кресла, Вил вообще, склонившись в приветственном поклоне, метнулся вон тихой шушаркой, чуть не налетев на застывшего в дверях Шайна.