Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

— Эйн, милый, ты такой агрессивный всегда после долгого воздержания!

— Я? Я соскучившийся, моя госпожа! — дразня языком сосок груди…

Интересно, какое оно на вкус, грудное молоко?

— Эйн, ненормальный! Не смей! Щекотно же!"

"На коровье молоко немного по вкусу похоже, только сладкое очень…

— Эйн… Ты — извращенец!

— Я просто проверяю, чем вы тут наследную госпожу кормите! — переходя с груди ниже, ниже… Совсем даже не агрессивно, нежно…

* * *А в ночь с 29 на 30 вайэба Эйнри с Вилайди проснулись от удара ногой в дверь. В комнату влетел злой… нет, зверски злой, абсолютно злой Дэйниш, глаза которого из синих превратились почти в черные.

— Дэ-э-эйн?!

— Она, тля! Летит к нему, тля! Потому что ей его выражение лица последнее время не нравится, тля-а! Представляешь?! Выражение лица у мимозы не то! Поэтому она бросает детей и летит к нему!! Завтра за билетами, тридцать первого вылетает. Пять дней туда, пять дней обратно!.. Еще там не один же день будет! А я все это время с детьми, как дурак?! Тикусйо! — и Дэйн вылетел из комнаты.

Эйн, вздохнув, нашарил рядом с кроватью штаны, меланхолично натянул их на себя, поцеловал Вила: ""Спи, котенок, я, похоже, не скоро вернусь…"" и пошел искать друга.

Как и ожидалось, тот лупил в тренажерном зале бедную грушу.

— Дети с кем?

— Лейхио сдал.

— То есть, и его разбудил?

— Он не спал еще… Я как раз к тебе шел, а он мне навстречу.

— Странно… А куда он шел?

— Да насрать, тля! Меня бросают, а ты тут вычисляешь, куда тащился Лей, когда я его подсек?! Тикусйо! Я думал, ее отпустило…

— А я думал, что тебя…

— Тикусйо! Тля!

— Иди сюда, поболтаем… Тебе надо выдохнуть и расслабиться.

— Руки только от меня убери, я на секс не настроен! Сказал же, убери руки!

— Да ладно… Мы вместе уже не помню когда в последний раз были! Почти полгода уже прошло.

— Да иди ты?! Правда, что ли?

— Спиногрызам сейчас сколько?

— Тикусйо! Почти четыре уже!

— Оба-на, да? Прикинь?! Так что не выделывайся…

— Эйн, я сейчас очень зол. Серьезно, очень зол!

— На что конкретно?

— Ну… Руки убери, я сказал! Ты меня отвлекаешь!

— Злиться мешаю? Так я еще и поцеловать могу, ты же знаешь…

— Знаю… Тикусйо! Эйн… Лю…

Эйнри быстро заткнул рот друга поцелуем. Когда Дэйн называл его любимым, внутри сразу как будто что-то начинало душить, мешало дышать, и глотать становилось тяжело.

Лежа рядом на ковре и смотря в потолок, Эйн решился наконец на серьезный разговор.

— Понимаешь, я же сразу знал, что буду не единственным. Что кроме меня появится еще кто-то, кому суждено будет стать отцом ее детей. И я заранее его ненавидел до искр в глазах. И вот госпожа приводит тебя. В наручниках. В штанах этих… И я пропал. Особенно когда ты на нас с Лейем из-под гривы своей зыркнул… Но я сразу тебя пометил, как младшего и все было нормально.