Любовь и опасность

Пусть посидит с ним, – пообещала Адэр. – Ты тоже устал, Дункан. Спасибо за помощь. Без тебя я не справилась бы.

Он кивнул и дружески улыбнулся:

– Упрямая ты девушка, Адэр. Я восхищаюсь твоим мужеством, но не позволяй гордости взять верх над здравым смыслом.

– Скажи это своему брату, – вздохнула Адэр. – Да, Дункан, я люблю его. Но прежде чем выйти за него замуж, я должна быть уверена, что и он любит меня. Я не стану замужней женщиной только ради ребенка, которого ношу. Мне нужна его любовь. Уверенность в том, что он любит меня больше всех остальных женщин на свете. Иначе я просто не смогу быть счастлива и довольна. – С этими словами она вышла.

Дункан смотрел ей вслед и качал головой. Представить страшно, что за ребенок у них родится! Но ничего! Столь серьезная болезнь наверняка приведет Конала в чувство, и он откроет Адэр свое сердце. Так дальше продолжаться не может!

Наутро Конал проснулся слабым, как новорожденный ребенок, зато всякие признаки лихорадки исчезли. Адэр дремала, сидя на стуле у его кровати, и он смутно припомнил, как упорно она пыталась сбить жар, цепко державший его в своих горячих объятиях.

– Я люблю тебя, – тихо прошептал Конал, но, к его величайшему облегчению, Адэр не пошевелилась.

Очевидно, он еще не оправился от болезни. Конал закрыл глаза и снова заснул, а когда проснулся, вместо Адэр рядом сидела Флора.

– Позови Адэр, – бросил он испуганной женщине. Та подскочила от неожиданности.

– Да, милорд, сейчас! – кивнула Флора и выбежала из спальни."

"Конал лег на подушки и стал ждать. Адэр внесла миску и ложку.

– Что это? – проворчал он вместо приветствия.

– Я принесла тебе бульон, – спокойно ответила Адэр. – Он поможет восстановить силы. А позже Элсбет сделает вкусный молочный крем.

– Я хочу мяса! – объявил Конал.

– Тебя вырвет, как только проглотишь хотя бы кусок, – возразила Адэр, садясь на край кровати. – А теперь открывай рот.

Конал хотел запротестовать, но она ловко сунула ему в рот полную ложку.

– Ну вот. Разве так уж противно? Пришлось зарезать курицу, чтобы сделать бульон, но она была уже старая и больше не неслась.

– Обращаешься со мной как с ребенком, – пожаловался Конал, однако суп оказался вкусным, и лэрд с удовольствием съел его. Впервые за всю взрослую жизнь кто-то кормил его с ложки.

– Ты был очень болен, Конал, и еще недостаточно оправился. Придется пролежать в постели несколько дней; думаю, только через неделю у тебя будет достаточно сил, чтобы выйти из дома.

– Я не старик! – раздраженно бросил лэрд.

– Нет, но болезнь была тяжелой. И не капризничай. Дункан, Мердок и твои люди уехали на охоту. В леднике уже висят два оленя и дюжина гусей. К октябрю и ты сможешь поехать с ними, – приговаривала Адэр. – Видишь, как хорошо. Ты все съел.