И тогда он зачистил город

– Чего боишься?

– Что вам надо?

– Не видишь, дура, жрать тебе принес!

– Я не хочу!

– Это меня не касается.

Поставил на стол железную миску с бутербродами и полбутылки минералки. Подумал: а девочка хороша. Отыметь бы ее! Но сказано, не трогать. Может, по доброй воле отдастся? Хотя нет, не отдастся. Сука.

– Ты давай, херней не майся, жри! Завтрака не будет!

Татьяна произнесла:

– Мне ничего не надо!

– А тебя никто и не спрашивает. Через час зайду, не сожрешь бутерброды, я тебе их силком в пасть затолкаю. Так что не выпендривайся! Не надо. Не советую злить меня. Злым могу и больно сделать.

– Хозяев своих не боишься?

Колунин вплотную подошел к Татьяне:

– Я никого никогда не боялся. И не боюсь. Запомни это. Жри! Зайду через час!

Колун вышел, закрыв на засов дверь. Бандиты сели за стол.

Колунин достал первую бутылку водки и две банки пива. Скрутил крышку, разлил спиртное по стаканам.

– Ну, что, Ванюша, за здоровье?

– Давай! Без здоровья никакие деньги не нужны.

Бандиты выпили, плотно закусили, закурили. Выпили по второй, приложились к пиву. Пузырев заметно захмелел. Он был слаб на пьянку и об этом был осведомлен Колунин, который уже знал, ЧТО сделает, когда подельник отрубится.

Пузырь прилег на постель и тут же захрапел.

Допив бутылку и открыв вторую, Колунин закурил. Он вспомнил обнаженные ноги Татьяны и мелькнувшие черные кружевные трусики. Он почувствовал желание. Тем более женщина находилась рядом, и никто не мешал Колуну сделать с ней все, что пожелает. О запрете Рудика пальцем не касаться жены Тимохина Колунин не думал. Дикое желание овладеть беззащитной женщиной лишило бандита способности адекватно оценивать ситуацию. Сейчас он хотел одного: изнасиловать такую близкую и доступную женщину.

Выпив из второй бутылки и вновь закурив, Колун взглянул на Пузырева. Подельник, храпя, спал мертвым сном. И Колун решился. Он взял остатки водки, открыл дверь в бункер. Зашел в бетонный подвал.

Татьяна не спала. Увидев скалящегося в похотливой улыбке бандита, отпрянула к спинке кровати:

– Что вам надо? Я хочу спать!

Колун, прикрыв дверь, прошипел:

– А я хочу тебя, крошка! И сейчас получу то, что хочу.

Татьяна вскричала:

– Не подходи ко мне, урод! Ты овладеешь мной только мертвой!

Бандит усмехнулся:

– Да что ты? Жанна д’Арк, бля, в натуре. Ни хрена ты не сделаешь и брось понты колотить. Ты обычная баба, а бабы все хотят трахаться. Только некоторые, как ты, для начала ломаются. А потом стонут от наслаждения и просят еще их отыметь. Пройденная школа. Ты девочку из себя не строй, а лучше возьми водочки хлебни. А я тебя приласкаю так, что выть от кайфа будешь.

Колунин двинулся к Татьяне.

Та, испуганно забившись в угол, насколько позволяли наручники, державшие ее на кровати, крикнула:

– Не подходи! Я не буду твоей. Никогда.