Сага о Копье: Омнибус. Том I

Над нами все кружил и кружил ястреб…

На следующий день, в полдень, мы увидели: на придорожных скалах сидят несколько десятков ястребов. Завидев нас, они тут же взлетели и исчезли.

А глазам нашим предстал удивительный мираж.

Над скалами появились бестелесные фигуры великанов. Они исчезали и тотчас появлялись снова. В глазах зарябило.

— Что это, сэр? — спросил я своего хозяина.

— Вероятно, мы уже в Восточных Дебрях, — спокойно ответил мне сэр Баярд. — И если Скорпион пронюхал, что мы здесь, то это — его слуги. Его посланники. Он хочет измучить нас миражами.

Неожиданно сэр Робер снял свой плащ и стал вытряхивать его. Вслед за ним принялся вытряхивать свой плащ и сэр Рамиро. Он вытряхивал его до тех пор, пока не послышался звон разбитого стекла.

— Что с ними, сэр? — встревожено спросил я.

Мой хозяин взглянул на меня невозмутимо:

— А что случилось?

— Сэр Робер и сэр Рамиро зачем-то вытряхивают свои плащи. И помимо всего прочего, из плаща сэра Рамиро высыпалась целая куча битого стекла…

— А-а, вон оно что! — усмехнулся сэр Баярд. — Узнаю рыцарей старой школы!

— Что вы сказали, сэр? — не понял я.

— Есть такой у соламнийских рыцарей старый обычай, — стал объяснять мне сэр Баярд. — Рыцарь, отправляющийся на битву, должен заранее быть готов к тому, что его убьют…

— Да, ну и что? — спросил я недоуменно. — А при чем здесь плащи?!

Сэр Баярд был терпелив и снисходителен."

"— И вот ты знаешь, что можешь не вернуться живым, знаешь, что тебя могут ранить, изувечить — и ты заранее приучаешь себя терпеть боль…

— А это значит…

— Это значит, что два старых рыцаря, не слезая с коней, решили заняться разминкой, — засмеялся сэр Баярд. — Уж и не знаю, что там себе насыпал под плащ сэр Робер, но, как ты сам слышал, сэр Рамиро насыпал битого стекла…

— Просто поразительно! — воскликнул я.

А сэр Баярд быстренько подъехал к сэру Роберу и сунул руку ему под рубаху. Мгновенно вытащил руку и зашвырнул что-то далеко в скалы. Я даже не успел заметить, что это было. Только слышал, как что-то металлическое ударилось о камень.

* * *

Ущелье кончалось. С востока на нас надвигались Халькистовы горы. Горы со знаменитым перевалом Чактамир.

Эти горы были кроваво-красного цвета. И казалось: они — неприступны.

Увидев их, я подумал: назад я вернусь, видимо, уже только на щите. Конечно, мне отнюдь не хотелось этого. Но воображение мое уже вовсю разыгралось. И я рисовал себе такую картину: вот я бесстрашно сражаюсь с полчищами врагов и погибаю непобежденным…

О, нет, нет! Я вернусь к отцу победителем. Живым победителем!

Горы были грозны и суровы. Но честное слово, я не видел ничего прекраснее этих гор!

Сердце мое учащенно забилось. Так бывает, когда я гадаю по «Калантине».