Сага о Копье: Омнибус. Том I

Алфрик не раз мечтательно говорил: вот он приезжает в замок, побеждает всех на турнире и становится мужем леди Энид… А Бригельм внимательно осматривал дорогу и горы, надеясь увидеть сэра Баярда или заметить какой-нибудь знак, который позволил бы отыскать сэра Баярда. И вот однажды он увидел огромного черного ворона…"

"Услышав это, я тотчас вскинул голову. Потом налил себе вина и, выпив, успокоился.

…Ворон был такой огромный, что Алфрик даже вскрикнул от удивления. Птица летела на восток, в Соламнию. Бригельм понял, что это несомненно — знак. И они с братом поехали вслед за птицей. Таким образом они выехали на нашу дорогу. А ночью выехали к горному перевалу…

Я вспомнил голоса, услышанные в ночи. Вновь вспомнил сражение сэра Баярда с людоедом, гибель Эджина.

… С той ночи лошади несли их к замку ди Каэла быстро и легко. У Бригельма было такое ощущение, что им помогает кто-то невидимый. и все-таки к замку ди Каэла приехали они уже только тогда, когда турнир заканчивался. Для Алфрика это было просто ударом! Конечно, сэр Робер, как гостеприимный хозяин, оставил их у себя в замке…

— Знаешь, он до самой последней минуты надеялся: вот-вот появится сэр Баярд, — вздохнул Бригельм. — Но…

Брат смотрел на меня, а мне казалось: он меня и не видит даже.

Затем Бригельм встал и подошел к окно.

— Ты знаешь, — сказал он вдруг, — не почему-то кажется, что тебя отнюдь не случайно поселили именно в этой комнате. Мне рассказывали, Гален, что недавно здесь кто-то умер. Умер очень странно — от того, что в окно влетела птица…

«Недавно здесь кто-то умер… от того, что в окно влетела птица…» — зазвучало у меня в мозгу.

Усталость и хмель разом слетели с меня.

— Бригельм! — воскликнул я.

Брат пристально посмотрел мне в глаза. Его взгляд пронзил меня насквозь. Он словно молча что-то приказывал мне.

И я понял, что он мне приказывает.

Я понял, что брат уже уверен: ворон прилетал ко мне. Прилетал именно ко мне. И Бригельм приказал рассказать мне все начистоту.

Пожалуй, даже против своей воли я рассказал ему обо всем…

* * *

— Так ты полагаешь: это действительно был Бенедикт ди Каэла? — спросил Бригельм, когда я кончил свой рассказ.

— Ну, с таким же успехом ворона можно назвать и Скорпионом, и Габриэлем Андроктусом, — ответил я. — Он может принять любое обличье. И он вездесущ.

Бригельм собрал объедки на поднос и снова водрузил поднос себе на голову. Затем пошел к двери. А у самой двери сказал:

— Ты… да и я тоже… мы поступим разумнее всего, если пойдем сейчас к сэру Роберу и расскажем ему обо всем… Расскажем ему о Габриэле Андроктусе, его будущем зяте…

— Но, Бригельм, — возразил я, — сэр Робер и слушать нас не станет. В их роду о Бенедикте и вспоминать не хотят.

— Тогда пойдем и расскажем все сэру Баярду, — сказал брат.