Сага о Копье: Омнибус. Том I

Я молюсь Паладайну, чтобы вы оказались именно тем, кого так долго все ждут. Если бы страдал не сам Кринн, я бы первая посоветовала вам уйти отсюда, пока еще не поздно.

Рыцарь не замедлил с ответом:

— Даже если бы вы умоляли меня уйти, я бы не послушался вас. Я не могу уйти. Я останусь здесь. И я останусь самим собой."

"— Для вас так много значит рыцарство?

— Не рыцарство, а то, чему оно учит. Хума никогда прежде не говорил таких слов.

Гвинес, казалось, была довольна его ответом, она сказала:

— Ну что же, если и отыщется идеальный человек, то только среди рыцарей.

— Гвинес, скажите, где сейчас Кэз и Магиус?

— Не беспокойтесь о них, Хума, они в безопасности. — Она помолчала, а затем произнесла решительно: — Я думаю, пора начинать.

— Начинать?

Хума недоуменно оглянулся вокруг. Он ожидал, зал вот-вот заполнят маги и священники и начнется некая официальная церемония. А вместо этого Гвинес просто сошла со ступеней трона и подошла к нему. Хума пристально посмотрел на нее. Лицо ее было спокойным. Сейчас она показалась Хуме еще более прекрасной, чем когда-либо. Прекраснее всех!

Некоторое время она, остановившись перед ним, молчала. Хума и представить себе не мог, о чем она размышляет.

Наконец Гвинес кивнула головой в сторону темных коридоров:

— Вы можете выбрать любой, какой пожелаете.

— И что дальше?

— Вы пойдете по нему. Что произойдет там, вам предстоит узнать самому. Я могу сказать только, что вас будут испытывать трижды. Говорят, что бог — триедин, и каждое испытание будет олицетворять это триединство.

Хума внимательно осмотрел каждый из подземных коридоров. По какому бы из них ни предстояло идти, он должен верить в Паладайна и надеяться, что сделал правильный выбор. Когда Хума выбрал, по какому коридору пойдет, Гвинес взяла его за руку.

— Подождите. — Она нежно поцеловала его. — Паладайн да хранит вас. Я не хочу, чтобы вы потерпели неудачу.

Рыцарь не нашелся, что сказать в ответ; он пошел, не оглядываясь, к выбранному коридору. Хума знал, что, оглянувшись и вновь увидев ее, он может не устоять перед соблазном и остаться вместе с Гвинес. И знал также, что если бы остался с ней — никогда не простил бы себе этого.

Выбранный коридор напоминал длинную пещеру. Иногда главный проход резко сужался, и приходилось отыскивать боковые ходы.

Путь был бесконечно долгим, и вначале Хума шел почти в полной темноте. Затем в пещере стало светлее, свечение исходило от самих стен. Это заинтересовало Хуму. Рыцарю приходилось не раз слышать рассказы о подобных пещерах. Он ударил рукояткой меча по одному из светящихся камней — тот, продолжая светиться, скатился к его ногам. Хума положил камень в висящую у него на поясе сумку.

Внезапно раздался оглушительный крик, от которого задрожали стены и на пол посыпались камни.